Почему в Санатана Дхарме Гуру ценен? Потому что он указывает на нашу собственную природу, потому что мы сами очень ценны. Но свою ценность мы не совсем понимаем, и Гуру ценен в том смысле, что он указывает на ценность нашей истинной природы. Другими словами, мы не очень ценим себя, недооцениваем себя, и Гуру помогает устранить эту проблему.
Например, будучи Шивой, считаем себя человеком; будучи Брахманом, считаем себя эго — недооцениваем себя. У нас низкая самооценка, низкая идентичность. Это серьезные проблемы не только нас, но вообще всех живых существ — это глобальная проблема, и не так-то просто ее решить.
Авидья (неведение) связано с ложной идентичностью и прекращением ложной идентичности, обнаружение истинной идентичности — и не то что на словах, а в энергии — самое главное в жизни. Это большой процесс. По сути, вся сансара и весь материальный мир на этом строится. При этом не так-то легко изменить низкую самооценку сансарную на высокую. За этим должна стоять реализация, опыт, энергия, изменение линии судьбы, очищение. Мы не можем, просто сказав себе: «Я — Шива», изменить эту оценку или как-то приписав качества Абсолюта эго.
Усмирение ума и очищение кармы
Васиштха продолжил: «О Рама, не возмущайся по поводу умственных концепций и восприятий, тонких и острых, ибо ум был создан временем и со временем набирает силу. Покори ум мудростью, пока время не срезало лозу этого тела. Постоянно размышляя над моими словами, ты постигнешь высшую сущность».
Наша задача — покорить разум, усмирить ум. Через него усмирить свою карму и очистить все васаны и самскары. Как говорит Васиштха: «Пока время не срезало лозу этого тела». Время как садовник постоянно срезает лозу, когда подходит время, поэтому живые существа смертны.
Драгоценность человеческого рождения заключается в том, чтобы не ожидать, пока время вмешается, а самому предпринять активные, целенаправленные, целеустремленные действия — интенсивные, целеустремленные, направленные действия. Это все равно как садовник идет с ножницами, а лоза вдруг начала уходить от ножа садовника и через забор, и на свободу, там, где можно расти как хочешь.
Таким же образом садху предпринимает активные целенаправленные, целеустремленные действия по очищению кармы, усмирения ума, уходит от воздействия ужасающего воздействия Махакалы (энергии времени), которая на всех действует очень серьезно. Самая серьезная энергия, перед которой даже боги не властны многие.
Природа истинного освобождения
Садху предпринимает активные действия по очищению своей кармы, он очищает свои двойственные представления, поскольку истинную природу невозможно создать садханой — ни мантрами, ни ритуалами, ни медитациями, ни пранаямами истинная природа не создается, потому что она не сотворенная. Невозможно создать несотворенное.
Освобождение, просветление имеет природу несотворенного, природу исконного совершенства, природу изначального существования. Как бы мы ни старались сотворить, мы их не сотворяем — они уже существуют. Но в чем же тогда проблема, если они уже существуют? Наша способность распознавания несовершенна, и эта несовершенная способность распознавания, изъяны ума они носят конкретное название — например, анава-мала, майя-мала, карма-мала — три малы.
Чувство ложной идентичности с маленькой личностью
Видеть многообразие там, где есть единство
Испытывать авторские амбиции, чувства делателя и желание плодов и результатов по отношению к тому, где надо испытывать недеяние, и чувство «плоды и результаты не принадлежат мне, а все принадлежит Богу»
Три изъяна ума: мала, викшепа и аварана
Кроме мал еще есть викшепа и аварана. Мала, викшепа и аварана.
Аварана — это клеши, плотный слой, который покрывает разум. Если есть разум, то здесь в разуме гнев, а здесь гордость, а здесь отпечаток сексуальной васаны, а здесь тенденция привязанности, а здесь шаблоны и стереотипы воспитания, а здесь гендерная идентичность, а здесь родовая идентичность, здесь национальная идентичность, здесь культурная идентичность, здесь общечеловеческая идентичность, тело, ум. Много таких плотным слоем покрывают зеркало ума — все это аварана.
Викшепа — это неустойчивость ума, блуждание ума, вечное колебание ума, когда ум не способен на чем-либо глубоко концентрироваться, что-либо глубоко понимать. Это подобно волнам на поверхности, если представить в виде чистого озера, то викшепа — это волны, которые ходят туда-сюда.
Мы чувствуем постоянную нестабильность, постоянное изменение, постоянное появление новых целей, смыслов, тем и их разрушение — ни на чем толком невозможно сконцентрироваться, такой ум, такие кармы. Стоит глубоко во что-то копнуть, и мы сразу проникаем в более глубокое видение, но викшепа этого не дает, запрещает. Аварану можно уподобить плотному слою ряски на поверхности озера, которая зеркальную гладь озера сводит на нет.
Итак, изъяны ума: мала, викшепа, аварана — вот эти три изъяна не позволяют нам воспринимать исконную врожденную чистоту и совершенство. Задача садху — очистить эти изъяны, полностью устранить, очистить карму. Это называется усмирение ума. Очистить все свои представления за одну жизнь. Как только очищаются все наши ложные двойственные представления, сияние Атмана начинает восприниматься, чистота, совершенство нашей истинной природы, нашего врожденного естественного состояния начинает восприниматься.
Методы очищения ложных представлений
Многочисленные методы упасаны (поклонения), медитации, мантры предназначены для очищения наших ложных представлений.
Например, есть ложное представление «я — тело». Чтобы очистить это представление, мы визуализируем себя как божественное тело. Мы должны твердо убедиться в йоге иллюзорного тела, что мое тело — это тело Бхагавана Даттатреи.
Есть ложное представление о том, что речь — это слова (мирные, нейтральные, гневные), а в чистом видении речь для богов — это совсем другое. Это как звуки мантр (вайкхари, мадхьяма, пара, пашьянти). Мы должны очистить ложные представления о речи и воспринять речь на чистом уровне, когда речь — это семенные биджа-слоги, когда речь — это тончайшая благословляющая вибрация, проявление чистой энергии.
Есть ложное представление о своем «я», о своем уме. Например, представление о себе как о сформированной личности, какая-то идентичность. Мы ее должны очистить до ощущения «я есть Шива» или «я есть Даттатрея».
Далее — эти три представления касающихся нас. Есть ложные представления о материальном мире, например, что материальный мир отделен, разделен с умом. Что это груда материальных объектов, что объекты существуют сами по себе — и вот эти ложные представления мы должны тоже очистить до восприятия пустотности объектов, иллюзорности и светоносного характера. Есть ложные представления о действиях, причинно-следственных связях — их надо очистить до видения «все действия являются спонтанной игрой Абсолюта». Ложные представления о времени.
Если вы знаете учение о двадцати восьми видья-грантхах (узлах неведения), то вы понимаете, о чем речь. И выходит так: когда мы начинаем это исследовать, мы обнаруживаем, что это как в лесу, где капкан на капкане — там ложные представления, там сплошные ложные представления вообще. И что нам мешает смотреть на мир истинным образом — как какие-то очки с разными стеклами, с разными фильтрами. Мы один фильтр убрали, другой, третий фильтр убрали, и постоянно мы попадаемся в эти ложные представления.
Процесс освобождения выглядит иначе с этой точки зрения — это не создание чего-либо нового, не воспитание каких-либо сиддхи, а очищение, бесконечное очищение до тех пор, пока все фильтры не будут убраны. И когда они будут убраны, совершенство, чистота, свет Атмана воссияют сами естественным образом, поскольку никакие фильтры не будут им мешать. Все это называется в традиции усмирение ума.
«Я расскажу тебе, о Рама, как мудрец Уддалака достиг высшего осознания истины. В уголке земли, покрытом мощными горами Гандхамадана, на одном из пиков стояло огромное дерево. Где-то там и жил мудрец Уддалака. Еще будучи маленьким мальчиком, он хотел достичь высшей мудрости. Конечно, тогда он еще мало понимал, и разум его был беспокоен, но у него было чистое сердце. Он истязал свое тело, изучал святые писания, занимался разными практиками, и у него начала проявляться мудрость».
«Однажды, сидя в одиночестве, он подумал так: "Что такое освобождение, которое, как говорят, есть высшая ценность, которую следует достичь? Потом уже не будет страданий и новых рождений. Когда я успокоюсь навсегда в этом состоянии? Когда волнения разума, вызванные желаниями и помыслами, прекратятся? Когда я освобожусь от мыслей: 'я это сделал' и 'я должен сделать то'? Когда мой разум прекратит искажать воспринимаемое связующими отношениями и станет, как лотос, который растет на воде, но не затрагивается ею? Когда я пересеку эту реку к берегу освобождения с помощью лодки мудрости?"»
Основа, путь и плод духовного развития
Когда человек ставит себе цель освобождение, он слышит, что есть основа, путь и плод (самбандха, абхидея, прайоджана).
Основа — это точка, в которой мы начинаем, с которой все начинается. Например, основой для супружеских отношений в семье является взаимная симпатия — это основа, какая-то начальная точка. Плод — это семья, дети, а путь — это надо пройти от первой симпатии к загсу, к зачатию, рождению — вот этот длинный путь надо пройти. Не все доходят до него, не у всех семья получается в миру.
Что касается монахов (санньяси) — основа — это дух отречения, которое рождается, и преданности Прибежищу. Это мысли и ход мыслей, которые рождаются: «Хорошо бы мне покинуть мирскую жизнь и стать санньяси». Это преданность Гуру, которая возникает у ученика, восхищение учением, которое возникает, и решимость идти по пути мокши — никаких загсов там для санньяси не предусмотрено. Вот так санньяси думают: мокша, все — это основа. А плод — три просветленных тела, высокая земля мудрости (четвертая, пятая, шестая, седьмая), стадия рождения, как минимум в этой жизни, самадхи, бессмертие в иллюзорном теле — это плод. Но должен же и путь быть, должен пройти — вот от этой решимости стать санньяси до плода очень много должно быть сделано. Все это универсальный способ, как мы можем обозначить Дхарму: основа, путь и плод (самбандха, абхидея, прайоджана).
От вопроса «когда» к вопросу «как»
«Когда мой разум прекратит искажать воспринимаемое связующими отношениями и станет, как лотос, который растет на воде, но не затрагивается ею?»
Очень красиво сказано, но мы мыслим конкретно, и вопрос «когда же я достигну освобождения» должен стоять так: «когда я обрету четвертую землю мудрости?» Сам этот вопрос бессмысленен, потому что нет никакой фиксированной даты. Это ни солнце, ни луна, которые идут по графику — все зависит от вас. «Когда я обрету пятую землю мудрости?» — все зависит от того, как будешь практиковать. И тогда встает вопрос не «когда», а «как».
Бхагавана Шри Раджниша на собрании, на его сатсанге, один санньяси задал вопрос: «Бхагаван, когда? Когда?» — Ошо ему сказал: «Не когда, а как». Мы должны вопрос «когда» убрать — это бессмысленный вопрос. Мы должны постоянно вопрошать себя: «Как?». Другими словами: «Какими мне методами практиковать? Как мне так спроецировать свою жизнь? Как мне организовать свою жизнь так, чтобы я добрался до этой ступени?». Это технологии, метод, практики, плюс наши качества — вера, преданность, самоотдача, плюс наше усердие.
Когда мой разум будет спокоен — когда я достигну четвертой земли мудрости минимум, а лучше пятой
Когда я буду освобожден от сансары — когда обрету четвертую землю мудрости, а лучше пятую, шестую
Когда я стану святым — когда обрету четвертую землю мудрости, пятую, шестую
Когда карма больше надо мной не властна — когда обрету восьмую стадию созерцания, замкну круг дня и ночи, а лучше девятую, десятую
Когда больше рождение, смерть не будут надо мной властны — когда я замкну круг дня и ночи на стадии рождения
Вот, простой вопрос — не надо восклицаний риторических «когда» — вот тогда. Когда мы это поняли, дальше все очень просто: надо сосредоточить все свои силы, весь свой ресурс, все свое время и день и ночь просто идти к этой цели, идти не взирая ни на что, как древние святые.
Непрерывная практика в повседневной жизни
Дела должны делаться, долг должен исполняться, но это руки пусть делают, ноги, язык, а дух пусть практикует. Духу ничто не может помешать, если мы имеем намерение и санкальпу — мы должны быть непрерывно погружены в практику.
Иногда есть такие веские аргументы, что практиковать мне что-то мешает. Например, кому-то мешает сева. Сева не мешает практиковать — напротив, она помогает практиковать, если понять, как правильно делать севу, если воспитать правильное отношение к севе. Мешает взаимоотношение с соседом, не сложились — если правильная установка, не мешает, только помогает. Еще что-либо — мешает отсутствие времени. Если есть намерение (санкальпа) правильно организовать свою жизнь — будет избыток времени, всегда будет достаточно, потому что это зависит от того, как мы настраиваем свой ум, какие намерения мы выражаем.
Если глубоко посмотреть — ничто никогда не мешает, но мы не понимаем этого. Вот когда мы понимаем, что ничто никогда не мешает целеустремленно практиковать, тогда мы можем радостно вздохнуть: «Оказывается, мне никто ничего не мешает» — и начинаем просто целеустремленно практиковать.
Как надо целеустремленно практиковать? Так, чтобы созерцание, созерцательная санкальпа или хотя бы полнота внимания с утра до вечера поддерживалась все время, пока мы не спим — дать себе такую клятву. Если это не получается, так, чтобы мантра не слетала с языка, чтобы всегда манасик-джапа читалась, чтобы всегда выполнялась какая-то целеустремленная практика — тогда это возможно.
Так, чтобы наша практика соединялась с жизнью и поведением, чтобы мы превратили все наши связи, отношения в усмирение ума. Ведь наше обычное общение может быть обычным общением, а может быть практикой — в каком случае? При созерцании, чистое видение — например, мы упражняемся в чистом видении, или мы упражняемся в смирении, в отказе от эго, мы непрерывно усмиряемся в превосхождении эго. Тогда общение может стать вашей практикой.
Например, всегда есть множество ситуаций, где наше эго неудовлетворено, а мы делаем эту ситуацию практикой, и благодаря этому мы очищаем свое эго. И та ситуация, которая не нравилась, наоборот становится для нас благословляющей, позитивной. Превращать все ситуации в практику — это девиз садху на разных уровнях: на уровнях созерцательного присутствия, на уровне мантры, на уровне отбрасывания себя, усмирения эго, на уровне чистого видения. И садху не теряет ни секунды своего времени, чтобы не попрактиковать. Когда какие-то отвлекающие, сбивающие ситуации — для него это даже интересно: как я смогу в этой ситуации выкрутиться, если все равно практиковать.
Быть садху означает стать непрерывно практикующим в состоянии джаграт (бодрственном состоянии), когда ни на секунду практика не прекращается. Только таким образом можно за одну жизнь добраться до высокой стадии земли мудрости, полностью очистить карму и ум.
Ритрит как продолжение повседневной практики
Наша задача как садху — научиться так практиковать, чтобы ни секунды мы не были в отвлечениях, в рассеянности, в чем-то, что не является практикой, чтобы наш ум всегда был целеустремленный, сосредоточенный и бдительный.
Ритритные практики только усиливают — когда мы привыкли непрерывно практиковать, то, когда мы садимся в ритрит, практикуется очень легко, потому что мы не делаем чего-то нового, чем мы не занимались в течение всей жизни, а мы делаем то же самое, к чему мы уже привыкли. Только немного более концентрированно, немного больше.
Тот, кто непрерывно практикует, для него ритрит не является чем-то особенным — чем-то естественным. Просто ты больше смещаешь акценты на практику, а другими делами не занимаешься. Но тот, кто не практикует, для него ритрит является чем-то — переходом в другую плоскость, к нему надо привыкать, в него надо входить. А отвыкать не надо было — зачем привыкать? А почему ты отвык? Ты должен быть в ритрите все время, ты все время должен быть в ритрите. То есть ты занимаешься мантрой, занимаешься садханой, созерцанием, осознаванием — как ты мог отвыкнуть от практики, что только в ритрите тебе надо к ней привыкать? Невозможно.
Другими словами, ритрит — это только продолжение нашей повседневной практики. Не надо надеяться, что ритрит спасет. Если повседневной практики не было, то ритрит не спасет. Ритрит — это как вишенка на торте, это кульминация, апогей той работы, которая была уже проделана в повседневной жизни.
Поэтому садху в повседневной жизни всегда знает, чем он занимается, у него всегда есть цель, он идет к своей цели. Его не интересует что-то другое — материальный мир, мирские желания, выяснения с кем-либо отношений, потому что у него так много вещей, которые надо сделать, что ему не интересно, ему не хватает времени на другое. Он так азартно увлечен, его вдохновляет все это, что вайрагья (отрешение от мира) легко решается — оно естественно приходит.
Естественность взаимоотношений на духовном пути
Взаимоотношения всегда хорошие. Почему? Делить нечего, не о чем вообще разговаривать. Вы можете сказать: «Давай о мантре поговорим, о санкальпе?» — нет противоречий с другими людьми, потому что сферы интересов не пересекаются, некому завидовать, не о чем соперничать. Как глупо завидовать, думать: «Вот он кругов больше "Ом Намах Шивая" прочитал» — так кто тебе мешает? Никаких проблем нет во взаимоотношениях, все взаимоотношения легкие, счастливые. Это подход садху для того, чтобы очистить все затемнения за одну жизнь.
«Когда я пересеку эту реку к берегу освобождения с помощью лодки мудрости? Когда я смогу посмотреть на действия людей, как на игру ребенка? Когда успокоится мой разум? Когда прекратится иллюзорное различие между субъективным и объективным опытом посредством переживания опыта бесконечного сознания? Когда же, наконец, я смогу созерцать концепцию времени, не вовлекаясь в нее? Когда же я, живя в пещере со спокойным разумом, буду похож на камень в состоянии, где нет движения мысли?»
Шравана — основа духовного познания
Все начинается со шравана — исследования, чтобы раскрыть истинное значение, важность священных писаний, изучение. Это не просто слушание, оно сопровождается исследованием и рассуждением, которое помогает найти истину — это называется анусандхана. Для того чтобы шравана принесла пользу, сначала йогин, говорится в тексте, должен обрести садхана чатуштая-сампатти (чистоту ума) и устранить его беспокойство.
Изучаемый нами предмет (Брахман) очень сложен, не вещественен, невидим, не обоняем и не осязаем, и шравана — это повторение до тех пор, пока не будет получено ясное знание, многократное повторение одного и того же.
Манана — устранение противоречий через рассуждение
Затем наступает черед мананы, после шраваны — это правильное понимание необходимости такого исследования. Например, наше восприятие убеждает нас в реальности мира. Веданта говорит: «Существует лишь один нирвикальпа Брахман и нет места существования другой реальной вещи кроме Брахмана». Шиваизм говорит: «Это все тело единого Шивы». Как устранить противоречия между нашим умом, органами чувств и утверждением шрути? Все такие противоречия устраняются с помощью мананы — многократного анализа, размышления с помощью правильного рассуждения.
Кажется, что джива и Ишвара абсолютно различны. Как нам относиться к этим противоречиям между нашими ощущениями и утверждениями шрути? Поэтому обязательно нужно проверять эти утверждения рассуждениями (юкти), чтобы рассеять сомнения, и такой процесс рассуждения называется манана.
Юкти означает — мы овладеваем логическими схемами понятий дхармы, интуитивными цепочками рассуждения, которые в любом случае помогают вывести наш ум к истине. Садху должен иметь много таких юкти в запасе для того, чтобы объяснить себе любые явления этого мира правильно с опорой на священные тексты так, чтобы такое объяснение было удовлетворительным для ума и выводило его в правильное направление.
При помощи рассуждения возникает возможность самбхави — ясного понимания (анусандхана) значения шрути (таттва). Целью этого является ясное понимание чего-либо, того, что ранее не понималось — это цель юкти. Такое рассуждение открывает нам множество разных возможностей (самбхави) понять что-либо. То, что мы проясняем — это Брахма-таттва (сущность Абсолюта).
Если мы правильно применяем манану, через некоторое время мы обнаруживаем, что противоречие нашего опыта и утверждения шрути исчезает, потому что наш опыт начинает подтверждать все утверждения шрути. Например, вы изучаете текст «Шива-самхита», «Хатха-йога-прадипика» по кундалини-йоге, чакры, кундалини, каналы, и начинаете практиковать сахита-кумбхака, чандали-йогу, махабандху, энергия кундалини пробуждается. Вы начинаете чувствовать чакры, иду, пингалу, сушумну, вы убеждаетесь: «Да, шрути говорят правильно, священные тексты говорят правильно».
Прамана — авторитетное знание
Правильное обучение использует как манану, так и шравану. Если возникают какие-либо сомнения, их можно рассеять при помощи собственных рассуждений, либо при помощи Гуру, или беседы с другими учениками. Шравана дает знание, уничтожая невежество. Знание о любой вещи обретается благодаря прамане (средству познания) и ничему иному. Веданта в словесной форме — это прамана для познания себя с помощью шраваны.
Прамана — это авторитетное знание, то, чему мы можем доверять, на что можем опираться. Для нас прамана — это тексты канона прастхана-трайя или шиваитские агамы или учение линии передачи. Когда мы опираемся на прамана — это гарантия того, что знание, которое из этого возникает, всегда будет истинным.
Если обучение правильно, но знание не раскрывается несмотря на постоянное шравана, человек не должен поспешно делать вывод о неэффективности веданты или считать себя неспособным. В этой ситуации надо посмотреть, как реагирует ум на прамана веданты. Возможно, нужен другой подход, соответствующий складу ума, поэтому правильнее всего — найти изъяны и исправить их, чтобы устранить препятствия к получению знания. После этого нужно применить ту же веданту прамана.
Устранение дефектов ума
Дефекты ума таковы: мала, викшепа, аварана. Они могут быть исправлены при помощи следующих средств:
Мала — это результат адхармичного, неправильного поведения в прошлых жизнях, он вызывает эффект противодействия, мешающий человеку стремиться к поиску самосознания. Часть Вед, говорящая о карме, описывает разные действия, которые человек должен совершать в зависимости от своего положения. Когда они выполняются правильно, их считают карма-йогой, они помогают устранить препятствия, делая ум спокойным и собранным.
Способ устранить мала, например карма-мала — совершение служения (карма-йога). Очень сложно устранить представление «я делатель», «плоды и результаты принадлежат мне», если заниматься обычным, привычным действием и рассчитывать на плоды, результаты и затем их присваивать. Если же карма-йога исполняется правильно, она за короткое время разрушает эти представления.
Викшепа (нехватка устойчивости ума) — различные упасаны в веданте это средства достижения устойчивости ума. Читта-нашчалья, упасана ежедневно долгие годы, концентрация (дхарана), работа с санкальпами — это средства преодоления викшепы. Вместо ума, который всегда неустойчивый, всегда блуждает, садху должен обрести такой ум, который подобно пальцу, увязшему в клее, крепко прикрепился к непрерывной практике нидидхьясаны.
Аварана — даже после того, как предыдущие два эффекта устранены, знание собственной истинной природы нельзя обрести просто так. Мешает невежество, которое служит вуалью, авараной, скрывающей истинное «Я». Невежество может быть уничтожено только при помощи познания себя, для которого служит средством шравана и манана. Как только невежество уничтожено, истинная природа «Я», принцип знания (самвит) проявляется спонтанно.
Отсечение лишнего — путь к проявлению Атмана
Знание проявится естественно, как милость, когда ум будет усмирен, неведение уничтожено, поэтому мы не создаем знания, мы уничтожаем неведение — такой негативный процесс оставления лишнего, отбрасывания. Это подобно тому, как хороший скульптор высекает статую, и он говорит так: «Я не леплю статую. Я отсекаю только лишнее, убираю лишний мрамор — скульптура уже сокрыта в мраморе. Я просто позволяю ей проявиться. Мое видение позволяет ей проявиться». Таким же образом Атман у нас уже есть, но мы должны отсечь лишнее и позволить ему проявиться.
Когда мы приступаем к духовному пути, у нас очень много лишнего, и поэтому Атман не может проявиться по причине того, что мы очень крепко прицеплены к этому лишнему. Что может быть лишним? Иногда это может быть привязанность к материальным вещам, иногда привязанность к другим людям, поэтому по этой причине некоторые люди идут в монахи. Но иногда это может быть не внешняя привязанность, а привязанность к своему эго, гордость, границы эго, цепляния за них. Иногда привязанность к своей воле, когда человек, если что-то не по его, дезориентирован, полностью сбит с толку, не может действовать, когда его воля не исполняется. Иногда привязанность к стереотипным оценкам и суждениям, поэтому надо практиковать обнаженным осознаванием, созерцание без вынесения оценок и суждений.
Мы должны обнаружить, что в конкретном случае, в нашем случае является лишним, и как только мы замечаем это лишнее, мы должны безжалостно его убирать, поскольку, если мы оставим, мы сослужим плохую службу себе. Это будет такая медвежья услуга своему эго.
Самоосвобождение как основа практики садху
Садху в непрерывном созерцании постоянно обнаруживает в себе что-то лишнее, и он удивляется, откуда все это берется. Вроде бы я хочу быть очень хорошим, святым человеком, хочу всех любить, быть осознанным, контролировать ум, а непрерывно что-то появляется. Поначалу он может даже расстраиваться, считая: «Вот я никудышный садху, а другие наверное хорошие садху». Но потом, когда он мудреет, он обнаруживает, что это вселенская проблема — это у всех, каждый так чувствует. Но от того, что это у всех — не легче с точки зрения освобождения. Но по крайней мере он чувствует, что он не один такой, что это явление имеет вселенский характер.
Каждый на пути садханы обнаруживает, что в нем много лишнего, и практика оказывается методом устранения того лишнего, что возникает в процессе жизни. Это мы называем самоосвобождение. Если йогин получил прямое введение в природу Ума, научился немного созерцать, практика становится простой — надо устранять все лишнее, что препятствует осознаванию, чистому видению и дивья-бхаве (преданности).
Эта установка непрерывно убирать все лишнее отличает садху от не-садху. Не-садху не понимает, что лишнее, что не лишнее, иногда он держится за лишнее, у него нет проблематики очищать, а для садху есть проблематика убирать все лишнее ежемгновенно, ежесекундно. Ежемгновенное, ежесекундное убирание всего лишнего — это и есть самоосвобождение, а когда мы глубоко его убираем так фундаментально и добираемся до того, чтобы отдавать его Богу — это называется самоотдача. Непрерывное самоосвобождение и самоотдача — из этого состоит жизнь садху, поэтому садху не ищет ничего кроме такой чистоты в самоосвобождении и в самоотдаче.
Три уровня самоосвобождения
Это подобно удалению пыли с зеркала. Пыль оседает — зеркало постоянно протирается до тех пор, пока не будет обнаружено, что никакого зеркала нет реально существующего, и пыли даже негде оседать. Один мастер объявил среди учеников конкурс на лучший текст, который выразит их просветление, и самый достойный, старший монах написал такую шлоку стихотворную: «Ум подобен зеркалу. Пыль оседает на нем. Тот, кто стирает эту пыль — тот просветленный». Он написал, и все похвалили, подумали, что он выразил понимание. Но пришел другой монах, который прасад готовил, никто его не знал, такой скромный, и он написал: «Нет никакого ума и нет никакого зеркала, так где же будет оседать пыль?»
Когда мы реализовали более высокий уровень самоосвобождения и самоотдачи, пыли негде оседать. То лишнее, что из нас появляется, не может найти основу, не может стать частью нашего опыта, не может нас изменить. Мы не цепляемся за него, не привязываемся, и оно никак не влияет на нашу исконную врожденную чистоту.
Наша исконная врожденная подобная небу распахнутость ума никак не зависит от того лишнего, что проявляется. Это возможно понять только тогда, когда мы ее обнаружим. Это высший уровень самоосвобождения, называемый «вор, крадущийся в пустой дом». Вор — это то лишнее, что появляется, а пустой дом — это врожденная чистота и распахнутость нашего сознания. Этот вор не успевает забрать у нас жизненную силу, мудрость, он растворяется в этом состоянии, он ничего не может украсть, потому что наш дом пуст. Пребывание в таком состоянии пустоты называется пустотное памятование.
Первое, о чем я говорил — это называется самоосвобожденное памятование, начальный уровень созерцания. Возникает лишнее — мы его растворяем простой силой самоосвобождения. Пустотное памятование означает — возникает лишнее, но мы пребываем в созерцании пустотного принципа «я», и этот вор не находит что красть, и он проникает в пустой дом.
Наконец, когда все лишнее достаточно очищено и мы можем непрерывно пребывать в пустотном памятовании, наступает период самоозаренного памятования, поскольку переживание пустотности не есть апогей. Самоозаренное означает нисхождение благодати Бога, нисхождение Ануграха-шакти, божественной милости, которая ставит точки над «и» и заливает нас светом. Отсюда начинается настоящий путь освобождения, приходят плоды и результаты. С этого момента нидидхьясана — истинное созерцание Бога, созерцание Абсолюта начинается.
Нидидхьясана — устранение привычки отождествления
После успешного осуществления шраваны и мананы остается еще одна проблема — действительно человек обрел знание (апарокша) и обнаружил, что он сат-чит-ананда (бытие, сознание, блаженство), но раньше он принимал себя за тело на физическом, тонком и причинном уровне. Несмотря на наличие знания, присутствует давняя привычка отождествляться с телом (дехатмья). Эта привычка не приобретается исключительно в текущей жизни.
Это привычка, прошедшая сквозь бесчисленные прошлые воплощения вместе с дживой — продукт, не имеющий начала. Тела в прошлом, принимаемые душой за «я», тоже бесконечны. По причине невежества человек продолжает отождествлять себя с этими телами до тех пор, пока не обретет знания. Но привычки отмирают с трудом, поэтому ошибка совершается снова и снова, она не может исчезнуть за ночь. Человек не может насладиться плодами самопознания, то есть параанандой. Это привычное ошибочное отождествление уничтожается при помощи нидидхьясаны (постоянного созерцания).
Даже когда был инсайт, быстротечное самадхи, переживание света, переживание ощущения «Ахам Брахмасми», привычки все равно остаются — устойчивые привычки отождествляться с телом, с умом, с шаблоном «я». Нидидхьясана означает, что надо учиться быть в непрерывном инсайте, в непрерывном быстротечном самадхи, которое перерастает в сахаджа-самадхи, которое перебарывает старые привычки.
Различие между дхьяной и нидидхьясаной
«Ом дорогая Майтри, атму нужно познать (драштавьях), ее нужно изучить (шротавьях), и нужно размышлять о них (мантавьях) и созерцать ее (нидидхьясатавьях)».
В «Брихадараньяка-упанишада» мы находим основу этих трех средств. Далее дается описание нидидхьясаны. Устойчивость ума, фиксированного на предмете, то есть Брахмане — в адвайта-веданте только Брахман является предметом нидидхьясаны, никакие другие объекты. Это же касается шиваизма — только Шива является предметом нидидхьясаны в шиваизме. Сахаджа (исконная мудрость осознавания) является предметом созерцания в ануттара-тантре, и между ними можно смело ставить знак равенства.
Устойчивость ума, фиксированного на Брахмане, рассеиваемая при помощи этих двух — шраваны и мананы — называется нидидхьясана. В веданте мы часто используем эти слова — нидидхьясана и дхьяна, часто используемые в качестве синонимов. Тем не менее они отличаются друг от друга по значению в зависимости от смысла текста. Оба они означают фиксирование ума на чем-то определенном, называемом дхьея, при том что остальные мысли о других предметах исключаются, как предписывают священные тексты.
Дхьея может быть различной — это может быть Ишвара или другое божество, обладающее формой, а также бесформенный Ниргуна Брахман. В случае слова «дхьяна» дхьея может быть любой, но когда используется слово «нидидхьясана», единственно возможная дхьея — это Ниргуна Брахман (бескачественный Брахман). Два этих санскритских слова переводятся на другие языки как медитация или созерцание.
Поиск подходящего места для практики
«Так размышляя, Уддалака продолжал медитацию. Но его разум не был спокоен. Иногда, однако, разум оставлял восприятие внешних объектов и оставался чистым. В другой раз он не хотел успокаиваться. Уддалака жил в лесу и его сильно огорчали такие перепады в состоянии. Однажды он дошел до уединенного местечка в лесу, куда не ступала еще ничья нога. Там он увидел пещеру, которая казалась подходящей для достижения состояния полного спокойствия и умиротворения. Она была приятна во всех отношениях: с цветами и лозами вокруг, с умеренной температурой внутри и блестела, как изумруд».
Васиштха продолжил:
«Уддалака зашел в замечательную пещеру и принял медитативную позу. Решив достичь состояния ума без внутреннего диалога, он сконцентрировал свое внимание на умственных склонностях.
Уддалака так размышлял про себя: "О ум, какое отношение ты имеешь к этому видимому миру? Мудрецы не желают и близко подходить к удовольствиям, которые потом превращаются в боль. Тот, кто оставляет спокойствие, которое можно найти в себе, и ищет вместо этого удовольствия вовне, оставляет прекрасный сад и идет в поле, полное ядовитых растений. Можно идти куда угодно, ты нигде не найдешь высшего спокойствия, если не успокоишь свои мысли, поэтому оставь все надежды и желания. Все объекты, кажущиеся прекрасными, по природе своей не являются воплощенными или невоплощенными и не предназначены для твоего счастья"».
Формула растворения клеш и кармы в Атмане
Формула растворения клеш и кармы в Атмане традиционно такова: весь мир надо погрузить в индрии, то есть осознать, как видимый мир проявляется из джняна-индрии; индрии надо погрузить в манас, осознать, как восприятие мира зависит от ума; манас надо погрузить в буддхи, осознать, как ум, который воспринимает все, исходит из интуитивного духовного разума, из осознавания; а буддхи надо погрузить в Атман, осознать, как буддхи (интуитивный разум) выходит из состояния света и начинает творить собственную реальность.
Поэтому процесс освобождения — это обратный процесс, когда мы высвобождаем сначала свое сознание от зависимости от внешнего мира, затем высвобождаем его внутрь, убираем зависимость от органов чувств. Затем идем еще глубже, освобождаем зависимость от манаса (от ума). Затем еще глубже — освобождаем зависимость своего сознания от буддхи.
Достижение джаграт-турья
Когда сознание встало на место в Атман, мы чувствуем, словно прибыли домой. Мы чувствуем покой, радость, удовлетворение, что это то место, в котором надо пребывать. Такое состояние называется джаграт и джаграт-турья. Джаграт-турья — это первое просветленное состояние, которое йогин может переживать в бодрственном состоянии.
Когда измерение джаграт-турья обретено, конечная цель понятна и реализована, и теперь предстоит то же самое повторить в состоянии сна со сновидениями и сна без сновидений. Переживание джаграт-турья реализуется на стадии вынашивания. Отблеск этого переживания может происходить на стадии зачатия. Переживание первое — переживание устойчивое джаграт-турья начинается на третьей земле мудрости, но отблеск его можно проходить и раньше на второй земле мудрости или по шкале шестнадцать кала, на стадии «встречи со светом».
Освобождение от ловушек чувств
Не попадись в ловушку, как олень, привлеченный звуками музыки и колокольчиков или, как слон, которого приманивают слонихой; как рыбка, привлеченная приманкой на крючке; как мотылек, летящий на огонь; как пчела, чье чувство вкуса ведет ее к цветку, который закрывается на ночь и запирает пчелу внутри. О невежественный разум, все они погибают, поддавшись только одному из органов чувств (олень — слуху, пчела — запаху, мотылек — зрению, слон — прикосновению, рыба — чувству вкуса). Ты подвержен всем пяти типам чувств, как ты можешь быть счастлив? Как гусеница плетет кокон, и сама запутывается в нем, ты сплел сеть собственных концепций, которая тебя же и поймала.
Если бы ты смог избавиться от всего этого, достигнуть чистоты, преодолеть даже страх перед жизнью и смертью, достичь полного равновесия, тогда ты достиг бы величайшей победы. С другой стороны, если ты цепляешься за вечно меняющийся мир, обязательно погибнешь в печали. Почему я тебе все это говорю, о разум, ибо, если исследовать истину, можно убедиться в том, что тебя нет. Разум — это результат невежества, когда невежество изнашивается, разум тоже изнашивается. Ты сейчас находишься в процессе распада. Не разумно разговаривать с тем, кто находится в процессе распада. День за днем ты становишься все слабее и слабее, я отказываюсь от тебя; мудрые люди не обучают то, что скоро выбросят.
Итак, сам разум не должен находиться в процессе распада, а вот отождествление должно находиться в процессе распада, и сам разум садху не выбрасывает, но он выбрасывает отождествление, оставляя разум в качестве инструмента. В тот момент, когда отождествление с разумом уходит, йогин может непосредственно всегда и везде воспринимать Атман, и ничто лишнее больше не сможет выступить в роли отождествления для него.
Древний метод обучения с мастером
Если ученик согласно древней системе обучения путешествовал рядом с мастером, они проходили через разные ситуации, и мастер, имея возможность наблюдать ученика непосредственно, он просто говорил: «Вот здесь не надо реагировать так сильно. Не предавай этому значения, а здесь оставь это, отпусти». У ученика возникали разные ситуации в процессе жизни, его оценки, мысли, суждения. Мастер не обучал чему-то специально конкретному, философии, он просто говорил: «Не отождествляйся, отпусти, оставь, не возмущайся, не привязывайся, убирай». Он убирал-убирал, то есть он играл роль растворителя. Он играл роль естественного состояния у ученика, до тех пор, пока ученик сам не научился этого делать.
Когда он научился это делать, то, что бы у него ни появлялось лишнего, он уже сам мог выполнять самоосвобождение и самоотдачу. Обычно это метод древних мастеров, когда не излагается философия, не излагается учение, ученик просто в силу преданности притягивается к мастеру, живет с ним, находится и общается.
Но поскольку сознание Гуру и сознание ученика очень разное, то возникают разнообразные коллизии, потому что ученик оценивает реальность по-одному, а Гуру совсем по-другому. Оценивая реальность определенным способом, ученик не может не проявлять чувства, эмоции и прочее. Но Гуру, видя изначально, что они проявляются из заблужденного состояния, делает так: «Пусть это исчезнет. Не отождествляйся, не оценивай, не привязывайся, отпусти. Будь спокоен, сохраняй спокойствие, не возмущайся. Будь не привязан».
Если ученик близко находился рядом с мастером — это происходило непрерывно, потому что ум работает непрерывно, чувства, эгоистические эмоции, оценки и суждения, двойственные представления возникают тоже непрерывно. Но мастер не может не реагировать. Это также как огонь не может не плавить лед, если вы лед и пламя совмещаете, что-то должно поменяться. Лед должен обязательно растаять, что-то должно измениться, и это не пламя — это лед должен измениться, пламя не изменится от льда, а лед сразу же растает. Это простой древний способ учения и практики, когда все лишнее растворяется благодаря указующим наставлениям Гуру.
Внутренний Гуру как буддхи
Но что мы должны делать, когда нет Гуру, который постоянно нам будет говорить вот так в любых ситуациях? Мы должны настроиться на Гуру-бхаву и Гуру внутри чувствовать. Мы должны его просто чувствовать, не так, что Гуру как голоса в голове какие-то, говорит: «Не привязывайся». Гуру-бхава и осознавание Гуру — это нечто тонкое, касающееся нас самих — это наш собственный Садгуру внутри. Мы должны его обнаружить как буддхи, наблюдающее осознавание, усилить его как принцип Гуру. Гуру всегда связан с буддхи, а потом постепенно делать его опорой, согласовывая с наставлениями Гуру и священными текстами. Это и будет тот мастер, который все время с вами и вам говорит внутри: «Не привязывайся, не оценивай, не отождествляйся. Не думай негативно, не думай плохо».
Он будет растворять, если вы его слушаете. Если вы его не слушаете, конечно это тяжелый случай. Он вам говорит, а ум гнет свою линию, буддхи говорит: «Ну давай сам тогда, думай, как ты хочешь». Преданность как раз заключается в том, что ученик готов слушать и меняться. Каким же образом — мы должны слушать буддхи как внутреннего Гуру, и мы должны быть готовы его слушать и готовы меняться, когда наш внутренний Гуру (буддхи) нам говорит, а он всегда понимает. Он всегда обладает внутренней мудростью — это как внутренний наблюдатель, как внутренняя совесть, внутренняя осознанность, которую сложно обмануть. Если вы даже чуть-чуть ее открыли — ее сложно обмануть, наш ум может говорить так, а ведь буддхи внутри видит, говорит: «Что ты вообще делаешь? Что ты лепишь это все?».
Если мы слушаем его, буддхи станет нашим внутренним Гуру, также как Гуру снаружи (внешний Гуру), если мы имеем преданность. Вот это и есть нидидхьясана. По сути нидидхьясана — это преданность внутреннему Садгуру до тех пор, пока он полностью не выйдет на первый план и мягко не возьмет под контроль ум, манас, ахамкару, читту и не займет главенствующее положение.
