Свобода от привязанностей
03.06.2022
24 учителя Даттатреи: олень, проститутка Пингала, птица, девушка, изготовитель стрел, змея
Олень — урок о привязанности к звукам
"Олень. Странствующий в лесу санньясин никогда не должен слушать музыку, обращающуюся к чувствам. Выучив этот урок на примере оленя, который был пойман, будучи очарован музыкой охотника. Ришья Шринга, перевоплотившийся олень, слушающий обращенную к чувствам музыку женщин стал их послушной игрушкой".
Олень — символ привязанности, происходящей от анахата чакры. Олень привязывается звуком, захватывается звуком. Поэтому охотники на оленей используют такой способ, когда производят звук, который притягивает оленя.
Звук — это вибрация. И наше тело, наш ум, наше тонкое тело откликаются на вибрации. И есть тенденция следовать, захватываться вибрациями. И душа подобна оленю, если она не опытна — она идет за любой привлекательной вибрацией. Олень в этом смысле как глупое животное, которое легко заманить чем-либо.
Любая вибрация притягательна для души, если душа не укоренена в своей сварупе, истинной природе. Следование за вибрациями является причиной перерождения после смерти. Следование за вибрациями эмоций, вибрациями пранического тела, вибрациями мыслей является причиной потери воззрения и созерцания.
Поскольку все в мире состоит из вибраций, душа подвергается вибрации. В каком случае она не подвергается? В том случае, если она распознает свою пустую природу и распознает пустую природу вибрации. Тогда есть такое выражение: "пустота не может повредить пустоте".
Распознавание пустоты вибраций
Распознавание пустоты внутри себя дает возможность распознавать пустоту всех вибраций. Например, если вы понимаете самоосвобожденную природу речи, своей речи, вы можете понять самоосвобожденную природу чужой речи. Если вы распознаете пустую самоосвобожденную природу своих мыслей, вы легко можете распознавать пустую самоосвобожденную природу чужих мыслей, и они не введут вас в заблуждение.
Речь, мысли, образы — если вы распознаете пустую самоосвобожденную природу внутренних образов, вы распознаете пустую природу и внешних образов тоже. Все это различные уровни вибрации: вайкхари, матьяма, пашьянти.
Распознавать пустую природу вибраций означает, во-первых, не подвергаться им, а во-вторых, управлять самому этими вибрациями. Садху, вместо того чтобы следовать пути оленя, он следует тому, кто управляет вибрациями. Таково наставление Даттатреи.
Устранение духовного сомнения
Одна из пратибандх, то есть того, что не соответствует или противоречит связи с Богом, мешает связи с Богом, — это асамбхавана, духовное сомнение. В чем оно заключается? Это невозможность допустить мысли, например: я знаю, что упанишады провозглашают Брахман единой реальностью, но как это может быть на фоне различий Ишвары, дживы и вселенной. И вот такое сомнение: как Брахман, акарта — тот, кто не действует, абхокта — тот, кто не наслаждается, становится карта — деятелем и бхокта — наслаждающимся.
И вот этот пробел устраняется, когда вы понимаете взаимоотношение пустоты и вибрации, когда вы способны управлять вибрациями и распознавать одновременно пустотой. Для вас асамбхавана — такое духовное сомнение исчезает, для вас эта загадка пропадает.
Постоянно Рама, другие мудрецы в Йога Васиштхе задают: "Как это может быть, что Брахман, неделимый, вечный, бесформенный, ничем не затрагиваемый, бездеятельный, становится разделенным, имеющим форму, вкушающим, наслаждающимся, имеющим форму?" Вот секрет в понимании вибраций, в понимании принципа спанды.
Два пути постижения Брахмана
Но для этого надо не быть как олень. Вот в состоянии нирвикальпа-самадхи есть невосприимчивость ума, состояние безмыслия — это называется асамведана. Есть восприятие — турья. В турье вибраций нет, нирвикальпа-самадхи, асамведана — ум невосприимчив, никаких вибраций, ничто не влияет.
Поэтому путь отречения, путь остановки ума, путь неподвижности, путь сутры, путь бездеятельности, путь раджа-йоги очень понятен, и его сформулировал Патанджали: читта вритти ниродха — контроль вибраций. Останови все вибрации, вритти, ниродха — добейся их полного прекращения, все вибрации сознания, и ты постигнешь Брахмана. И вот этот путь очень понятен: когда вибрации ума, вибрации мысли, вибрации речи, вибрации праны остановлены, наступает постижение Брахмана. И Брахман познается именно как акарта — бездеятельный, никакого действия там, где нет вибраций, абхокта — никакого наслаждения вкушения восприятий там, где нет вибраций.
Затем встает вопрос: "А когда вибрации действуют? Как находиться в самадхи? Как постигать измерение турьи на фоне вибрации?" Другое крыло — апарапакша — как постичь Брахмана с вибрациями? Как постичь пустоту, единую с формой? И вот Иштадевата-йога, йога иллюзорного тела — это постижение Брахмана с вибрациями, Брахмана, проявленного в форме, Брахмана, имеющего тело.
Рыба — урок о контроле чувства вкуса
"Рыба. Глупый человек, теряющий голову из-за своего вечно жадного к лакомствам языка, обрекает себя на смерть, подобно рыбе, попадающей на крючок рыболову. Великие личности, отказывающиеся от пищи, легко держат под контролем свои чувства за исключением чувства вкуса, становящегося более трудным в обуздании для того, кто не принимает пищу. Человек, обуздавший другие органы чувств, не может быть господином над своими чувствами, пока он не обуздал орган вкуса — язык. Когда же он обуздан, тогда все находится в его власти."
Обуздание органов вкуса означает обуздать не только саму индрию — орган чувств вкуса, а обуздать свою тягу переживать различные вкусы и прийти к самарасья-видье — Единому вкусу. Сначала надо обуздать орган вкуса в уме. Когда в уме у вас нет тяги переживать разнообразные виды вкусов без Брахмана, без единого осознавания, которое все объединяет, тогда вопрос контроля языка снимается.
Вы переживаете те или иные вкусы, но вы уже не наслаждаетесь так примитивно и безоговорочно, как это было ранее. Вы вообще не наслаждаетесь вкусом без Бога, не переживаете вкус без Бога. Желание переживать разнообразные вкусы в ущерб переживанию Брахмана, природы ума — вот это пагубное желание, как у рыбы, которая попадается на крючок. Оно заводит в сансару и подсекает йогина на крючок.
Путь Единого вкуса
Когда вы отрешаетесь от поведения рыбы и идете не по пути удовлетворения вкуса, а по пути Единого вкуса, подчиняя все свои вкусы единому вкусу, распознавая в них пустотную основу и ориентируясь на эту пустотную основу, вы высвобождаете свое восприятие, вы перестаете быть рабом разных оттенков вкуса.
Ваша вивека, различение разных вкусов остается, она не пропадает. Более того, ваше ощущение оттенков становится еще тоньше, мудрее. Вы можете различать разные оттенки вкуса, однако вы свободны от них, потому что единый вкус стоит на первом плане. Благодаря этому естественно возникает вайрагья. Единый вкус означает принципиальное единство Брахмана. А различия не слишком принципиальны, они вторичны.
Единый вкус означает, у вас остается всегда тонкая психологическая непрерывность, которая не прерывается с изменением оттенков вкуса. Если вы знаете из курса Адвайты понятие анваяветерека, вы понимаете, о чем речь — тонкая психологическая непрерывность, которая не теряется в зависимости от изменений вкуса. Если же вы захватываетесь вкусом, становитесь его рабом, то и ваша психологическая непрерывность тоже попадает на крючок как рыба, и она теряется, как только вкус меняется. Соответственно, ваша личная осознанность и энергия тоже теряется.
Простота в материальном
Санньясин не должен слишком привязываться к своим выборам. Он не гурман-эстет, который долго изучает меню и очень тщательно экзаменует официанта, чтобы ему принесли именно то, что хочет его язык. Не тот, кто листает модные журналы, изучает брендовые стили одежды определенной марки, определенного стиля. То есть у него есть эстетическое чувство, и он вполне себе эстетически различает, у него высокий, чистый, божественный стиль, но такой привязанности, чтобы непременно удовлетворить чувство, иначе он будет неудовлетворен, — такого нет.
Даже если одежда на нем немного мешком, ничего страшного — он же санньяси, где ему в этой одежде блистать. Главное, чтобы самхати сидело хорошо монашеское, а оно всегда сидит хорошо. А одежда не принципиальна, она покупается для того, чтобы в глазах мирских людей выглядеть достойно, не более, но не для личного удовлетворения.
Это касается любых вещей, где вкус. А еда — она не должна прямо вот эстетически удовлетворять язык, она должна быть питательной, здоровой, достаточно. И вот такое чувство должно быть везде: не слишком выбирать, быть менее притязательным, менее требовательным в плане материального, быть проще в плане материального. "Это нормально. Это тоже." Но быть требовательным в плане созерцания. А то выходит: оттенки одежды, обуви, еды выбираем очень тщательно, а Атма-вичара... Как так? Для чего санньяса тогда? Тогда лучше голым ходить, но держать Атма-вичару.
И это крючок, на который попадается рыба, а садху не может себе позволить попасться на этот крючок, иначе чем он от рыбы отличается? И Даттатрея предупреждает — вот все наставления Даттатреи, это модели поведения, модели мышления, которые являются для санньяси абсолютным авторитетом. Потому что Даттатрея — первый санньяси, первый среди первых, он родоначальник санньяси. И на них надо медитировать, на эти модели поведения, всегда сравнивать себя с ними. Если Авадхута Гита — это наставления по воззрению, то История о 24-х учителях — это наставление по поведению для санньяси.
Куртизанка Пингала — урок об отречении от ложных надежд
"Куртизанка. Жила когда-то одна куртизанка по имени Пингала в городе Видехи. Я научился кое-чему на ее примере, послушай об этом, о царь. Однажды эта куртизанка, намереваясь привести к себе очередного любовника, стояла весь вечер в красивой одежде. О лучший из людей, видя мужчин, проходящих мимо нее, она, будучи жадной к деньгам, смотрела на них как на богачей, способных принести ей определенный доход. По мере того как они проходили мимо, она, живущая на доходы от такой жизни, думала, что какой-нибудь следующий богач подойдет к ней и принесет ей кучу денег. И поэтому она продолжала стоять у двери, то заходя внутрь, то выходя наружу, будучи не в силах уснуть из-за этого захватившего ее ожидания, пока не наступила полночь. Когда же из-за этого ожидания денег она потеряла самообладание, полностью упав духом, то в результате этих раздумий она ощутила сильнейшее отвращение, которое сделало ее счастливой. Услышь от меня, как она, испытывающая отвращение, пела, ибо отвращение подобно мечу, разрубающему на куски оковы человеческих планов и ожиданий. Мой дорогой, человек не желает избавиться от неволи тела, пока он не испытал отвращение, напоминая невежду, о царь, цепляющегося за вещь."
Пингала сказала: "Увы, посмотри на мое безрассудство! Я глупое создание, чьи чувства не обузданы, и поэтому я ищу удовлетворение своих желаний с помощью таких ничтожных существ, как мужчины. Я настолько глупа, что пренебрегаю этим вечным "Я", Атманом, пребывающим рядом, который является достойным возлюбленным, способным доставить мне наслаждение и который может даровать мне богатство. Оставляя его, я добиваюсь расположения жалких мужчин, которые не способны удовлетворить мои желания и которые причиняют мне страдания, страх, болезни, печаль и безрассудство."
"О, напрасно я приводила в отчаяние мою душу этим презренным способом существования, образом жизни куртизанки. Я искала богатства и наслаждения с помощью жалких мужчин, алчных рабов женщин, продавая им свое тело. Кто, как не я сама, так высоко ценила это тело, которое состоит из костей и покрыто кожей, волосами и ногтями, с его девятью отверстиями и которое полно грязи."
"В этом городе Видехи я воистину единственный глупый человек с порочным сердцем, ищущий любой другой источник наслаждения, но только не Господа, наделяющего осознанием высшего "Я". Он друг самой дорогой из дорогих, Владыка — даже нет, само "Я" всех воплощенных существ. Завоевывая его через отречение от своего тела, посвящая его ему, я буду наслаждаться его обществом подобно Лакшми."
"Сколько наслаждений получают те, кто все время зависят от женщин, объектов их чувственной страсти, и сколько его получают люди, изображающие из себя исполнителей желаний, или даже боги, имеющие начало и конец и настигаемые временем? Несомненно, что так или иначе я понравилась Господу Вишну, раз после этого тщетного ожидания, принесшего такое блаженство, отвращение пришло ко мне, иначе бы на меня, несчастную, не свалились бы эти бедствия и не вызвали бы у меня этого отвращения, с помощью которого человек избавляется от препятствий и достигает умиротворенности."
"Благоговейно принимая этот божий дар, я отказываюсь от моих тщетных ожиданий, относящихся только к чувственным объектам, и ищу прибежище и спасение во Всевышнем. Полагаясь со всей верой на этот божий дар, я буду жить, довольствуясь только тем, что приходит ко мне, и буду наслаждаться обществом этого возлюбленного, Атмана. Кто еще может спасти дживу, упавшую в бездну перевоплощения, потерявшую свое видение из-за чувств, укравших его, и проглоченную змеей времени? Когда человек созерцает эту вселенную, проглоченную змеей времени, становится бдительным, бодрствующим и избавляется от всего, тогда его Высшее "Я" — его единственный спаситель."
Брахман сказал: "Придя к этому выводу, она высвободилась от тщетных ожиданий, связанных с мечтой о любовниках, и села на кровать, обретя самообладание. Ожидание и упование на будущее несомненно причиняют наибольшие страдания, и избавление от всех ожиданий — наибольшее блаженство. И поэтому Пингала счастливо уснула, избавившись от стремления искать любовников."
Урок о вайрагье и правильном рассуждении
Поведение куртизанки Пингалы — это о жадности, о надеждах и страхах, о размене Атмана на материальное. Это как продажа души дьяволу. Есть такое понятие — краунча. Краунча означает журавль. А еще другое — это как пренебрежительное, это тот, кто предается мелочным мыслям и ступает по искривленному пути, такой путь журавля.
Пингала зародила правильное рассуждение и обрела вайрагью. Вайрагья — это разочарование в сансарных смыслах глубоко в душе, чтобы перестать быть таким краунча, журавлем, предающимся мелочным мыслям, кто идет по искривленному пути.
Мелочные смыслы и ценности постоянно претендуют на руководство нашей жизни, постоянно навязываются. И вот такую работу по отсечению цепляний, надежд, страхов, по преданию себя Атману садху должен блюсти каждую секунду, не то что каждый день, каждый час, а каждую секунду. Это внимательное наблюдение, внимательное выслеживание тенденций своего ума и растворение. И такое растворение — это и есть викальпа-кшая и васана-кшая, самоосвобождение.
Пока этого нет, не научено пока, то это делается проще — аналитическими медитациями, раскаянием. Все время надо вырывать свой дух из сансарных смыслов и ценностей. Каждый миг стараться, каждую секунду, поскольку он имеет тенденцию подпадать под кармическое видение. Лока-васана, манушья-бхава достаточно сильна. Но когда мы имеем оружие, инструмент — либо правильный юкти, либо самоосвобождение, — это возможно преодолевать. И даже куртизанка Пингала смогла это. На фоне своей жадности, желания наслаждаться она зародила вместо всего этого вайрагью.
Путь от вайрагьи к вичаре
Таким же образом садху зарождает вивеку, зарождает правильный юкти, овладевает самоосвобождением, приходит к вайрагье. Из состояния вайрагьи ум углубляется, и вичара наступает естественным образом, приходит естественным образом. А там, где вичара, там начинает сиять свет Бога. Свет Бога не сияет только там, где нет вичары, где нет самоисследования — Атма-вичара или Брахма-вичара. Как только она появляется, эта сансара начинает исчезать.
Один монах мне рассказывал свой опыт сновидения. Он шел по городу, и ему встречалось множество людей. Но как только он подходил к каждому из людей и спрашивал "Кто ты?", этот человек впадал в ступор и растворялся, исчезал. Так он спрашивал каждого до тех пор, пока все не исчезли, поскольку это был его иллюзорный сон. Как только появляется вичара, сны разума начинают исчезать. Сны разума существуют там, где нет духа вичары, а условие духа вичары — вайрагья.
Важность вайрагьи для вичары
Вичара набирает силу, когда есть вайрагья. Пока вайрагьи нет, вичара всегда будет слаба. Мы будем играть в такие диалоги: "Кто я?", "Кто это спрашивает?" Мы будем немножко концентрироваться на чувстве "Я". Но все это будет сметаться внутренними тенденциями. Но когда есть вайрагья — отречение, ничто не может мешать вичаре.
Иногда мы считаем себя преуспевшими в Атма-вичаре, четко, хорошо понявшими Атма-вичару. А затем происходит ситуация какая-либо, которая нам не нравится, и вместо того чтобы спросить: "А кто переживает то, что мне не нравится? Кто испытывает данную ситуацию?" — мы начинаем переживать, нервничать, рефлексировать. Мы пишем Гуру: "А почему так?" А Гуру отвечает: "А ты что, не знаешь? Потому что ты в сансаре, а сансара — это обитель страданий."
То есть ты попал в обитель страданий и ты удивляешься, почему приходят страдания? Это же естественно для сансары. Ведь святые не зря предупреждают, сравнивая сансару с землей людоедов, с огнедышащей ямой и так далее. И говорят, надо от нее избавляться. А избавление единственное — это начать прямо здесь и сейчас Атма-вичару. То есть сансара рассеивается именно только вичарой, ничем другим — вайрагьей и вичарой.
Отпускание привязанностей и дух непривязанности
Это означает, что есть надежда на сансару, есть надежда что-то от сансары получить. А надежд быть не должно. Поэтому когда возникают какие-то проблемы и страдания, садху, отбросивший надежды, думает: "Несомненно это результат моей кармы, но я не буду даже вдаваться в подробности этого всего. Я буду исследовать и искать пустоту, которая стоит за всем этим. И я не буду по этому поводу вообще переживать и волноваться."
Мы реально должны этот юкти, который совершила проститутка Пингала, очень быстро делать внутри себя, очень быстро возвращаться к изначальному состоянию, проходя через разочарования, отречение, исследование Бога. В психологии даже есть различные стадии стресса, когда человек попадает в неприятную ситуацию.
Если говорить просто, то первое — это стресс-реакция, второе — это выработка психологической доминанты, другой точки зрения, третье — это структурный след, который остается в сознании, что так больше не надо думать или делать. Или есть другие стадии, которые описаны как сначала неприятие, стресс, что нет, этого не может быть и так далее, активное противодействие ситуации. Следующая стадия — поиск выхода, потом начинается приятие, потом повторное неприятие, потом умиротворение, человек смиряется с ситуацией, а потом отпускание уже.
То есть психологически каждый человек, попавший в стрессовую, трудную ситуацию, переживает стандартный набор реакций. Но заканчивается это принятием и отпусканием. Он побарахтается, побарахтается, затем расслабляется. Садху же с такими ситуациями не действует подобно человеку мирскому, он не играет в это приятие, стресс, неприятие и прочее. Он сразу смотрит в корень переживания: "Кто переживает это?" Если ему не удается Атма-вичара, он должен тогда идти путем сдачи, он должен полагаться на Бога, должен сказать: "Я не свой, я божий. Как бы то ни было, я принимаю это как божественный даршан, отдаю ее Богу и полагаюсь на Бога."
Скопа — учитель непривязанности
"Накопление всего, что люди считают самым дорогим для них, ведет их к страданию. Но тот, кто знает об этом и становится непривязанным ко всем своим владениям, обретает бесконечное блаженство. Скопа с куском плоти была атакована другими, более сильными, чем она, которые не смогли поймать добычу. Она бросила этот кусок и стала счастливой."
Итак, сокол нашел кусок плоти, кусок мяса. В это время множество других птиц увидело это, захотели отобрать и погнались. Сначала он пытался уворачиваться, пытался лететь то низко, то высоко, как-то уходить вправо-влево, делать какие-то зигзаги, виражи. Но стая его преследовала. Когда он понял, эта птица поняла, что нет возможности удержать добычу, она просто подумала, что лучше потерять добычу, чем самого себя потерять от этих птиц. Она разжала когти и мясо упало, и вся стая преследующих птиц полетела за мясом. А она уже налегке свободно полетела.
Когда мы что-то держим, зажимаем, за что-то цепляемся, вслед за этим приходят страдания, кармические проблемы, потому что то, что мы держим, связывает нас с тысячами разных нитей кармы, с нашими прошлыми поступками и мыслями. И чем сильнее мы это держим, тем больше эти нити активны, они нас преследуют, они доставляют нам нашу прошлую карму, наши прошлые мысли и поступки.
И когда мы ослабляем хватку эго, расслабляемся, отпускаем, эти нити тоже расслабляются, мы перестаем страдать. Скопа демонстрирует дух непривязанности, самоотдачи, отпускания. Садху не держится ни за что ни в материальном плане, ни в психологическом плане, ни во внутреннем.
Дух самоосвобождения, самоотдачи означает легко отпускать, легко отдавать. Для санньяси материальные вещи легко отпустить. Какая проблема отпустить материальные вещи и привязанности для того, кто взял обет не обладать личным имуществом, кто каждый месяц подтверждает его, это не трудно. Для мирянина это сложнее. Но как насчет того, чтобы отпускать нематериальные вещи? Бывает, обладание распространяется на нематериальные вещи, как это называют — нематериальные активы: сфера полномочий в служении, авторитет, мнение в глазах других, своя воля, своя санкальпа, желание выглядеть так или иначе в глазах других, отношение со стороны других, одобрение, неодобрение.
Очень много таких нематериальных вещей, которые не видимы, но на которые тоже должна распространяться вайрагья, легкое отпускание. И когда мы можем так же, как скопа, все легко отпускать, мы следуем пути Даттатреи. Мы не напрягаемся по этому поводу. Мы не обеспокоены болезненно нашим авторитетом и что кто-то подверг его сомнению. Мы не обеспокоены болезненно нашей волей, которая непременно должна исполниться, потому что мы так задумали, чтобы по-нашему было. Мы не обеспокоены мнением о нас других, даже если оно не очень высокое о нас, мы думаем: "Это же не мои проблемы, пусть он свои проблемы с воззрением, с чистым видением сам решает, а я при чем здесь, я в чистом видении. Я со своей стороны действую правильно, а если кто-то обо мне невысокого мнения, то это чьи проблемы? Разве мои? Это его изъяны воззрения может быть. Потому что мы доверяем воззрению Адвайты, доверяем Богу."
И садху, санньяси, даже оставив все материальные вещи, не обладая ими и не привязываясь, он должен также отпускать, отдавать все нематериальные вещи, за которые он цепляется и держится, легко причем отдавать.
Ребенок — учитель игры и безоценочности
"Меня не тревожит честь или бесчестие, я не испытываю никаких беспокойств, которым подвержены люди, имеющие дома и детей. Я играю со своим "Я", нахожу в нем наслаждение и странствую по земле подобно ребенку. Только два человека свободны от тревог и погружены в высшее блаженство: ребенок, который не знает ничего и никогда не совершает никакой деятельности, и человек, осознавший то существо, что стоит над гунами."
Итак, Даттатрея говорит: "Только дети и те, кто над гунами, могут быть счастливы." Ребенок не является делателем, действующим, карта, он акарта. Ребенок все время находится в измерении игры, он не находится в измерении эго, планирования и прочего, он подобен Авадхуте, только незрелому. Потом ребенок взрослеет, выращивает аппарат эго, аппарат оценки, аппарат мышления, выдвижения гипотез, прогнозирования, планирования, постановки целей.
Это состояние игры и безоценочности, которое было у ребенка, которое напоминает раскрепощенный ум садху, оно исчезает. Контакт с внутренней мауной, внутренним безмолвием теряется, создается аппарат ахамкары, и ребенок становится делателем, картой, добивающимся целей, эффективным, он выращивает участки сознания, учится концентрировать волю на них, быть логичным, ясным, четким, дисциплинированным, целеустремленным, достигать волю, включает аппарат ахамкары. И он выращивает инструмент эго.
Это все формирование 16-й таттвы, манас-таттвы, и формирование 15-й таттвы, ахамкара-таттвы. Но в процессе такого формирования он утрачивает связь со своей божественной частью, с более высокими таттвами, с внутренним безмолвием, с внутренней мауной. И постепенно становится бхоктой, наслаждающимся, картой, тем, кто делает. Например, если бы все здесь встретились в детском возрасте, в трехлетнем или в пятилетнем, каковы были бы ваши взаимоотношения? Было бы весело, было бы много веселья, азарта, радости, счастья. А что мешает сейчас быть вам в азарте и веселье? Ум сильный уже.
Но когда садху растворяет свои механизмы эго, к нему возвращается его счастье, веселье, азарт и игра. Он понимает, что он перестал быть делателем, картой, он снова стал акартой, он снова вошел в измерение игры, только осознанно, в состоянии недвойственного осознавания, он снова научился быть вне ума, вне цепляний, вне привязанностей. Это даршан Даттатреи — быть как ребенок, но при этом быть выше, чем ребенок, в состоянии ясности.
Быть как ребенок означает быть вне оценок и интерпретаций, в состоянии вечной юности, свежего восприятия. Это и есть обнаженное осознавание. Обнаженное осознавание всегда в Боге. Когда оценки и интерпретации затмевают обнаженное осознавание, контакт с Богом тоже завершается. Тогда мы должны вспоминать наставления Даттатреи.
Девушка — учитель истинного уединения
"Однажды некая дева, оставшаяся дома одна по причине того, что ее родственники куда-то ушли, была вынуждена сама принять гостей, пришедших к ней домой просить ее о вступлении в брак. Когда она шелушила рис для приготовления еды в другой комнате, браслеты из раковины на ее запястьях начали звенеть. Эта умная дева, считая это унизительным, поскольку это выдавало ее бедность, смутилась и сняла браслеты, оставив только по одному на каждой руке. Но когда она продолжила шелушить рис, то даже эти два браслета продолжали издавать звук. Поэтому она сняла один браслет, и единственный, оставшийся, уже не мог издавать звука."
"Странствуя по миру с целью познать образ и действия людей, я выучил этот урок от нее и способ, сокрушитель врагов. Там, где находится много существ, там возникают ссоры и раздор, и даже между двумя людьми может возникнуть ссора. Поэтому нужно жить одному, подобно единственному браслету девы. Овладевая правильным положением тела и вследствие этого управляя дыханием, человек, будучи всегда бдительным, осознающим, должен сосредоточить свой ум и удерживать его устойчивым с помощью отреченности и систематической практики."
Там, где есть множественность, всегда возникают проблемы. Жить одному имеет два аспекта. Первый аспект: садху отрешается от внешнего мира сансары, ограничивая свои контакты с материальным миром, с материальными людьми, сознательно — путь отшельника, путь садху, который не слишком льнет к сансаре. Он не заводит новых друзей и тем более врагов. Он живет более обособленно от мира, именно санньяси. Второй аспект внутренний — садху находит уединение в самом себе. Даже общаясь с другими, он пребывает один, в единстве и в уединении, в самодостаточности, он не втягивается в отношения.
Бывают замкнутые коллективы, например полярная станция, подводная лодка, космический корабль. И туда отправляют экипажи на шесть месяцев вахтовым методом, а затем их меняют. И в такие экипажи, психологи знают, что надо подбирать людей очень хорошо совместимых. Совершить ошибку в подборе людей означает загубить всю миссию. Потому что бывали такие случаи, что спустя шесть месяцев люди становились злейшими врагами, чуть ли друг за другом не гонялись там с кольями. Просто происходит фиксация сознания на качествах другого и омрачение такой фиксации сознания. Но если люди были подобраны нормально, то миссия выполнится.
Но среди садху такое невозможно. Даже если садху будут очень близко общаться, они не потеряют своей самодостаточности, они не войдут в конфликт, они не будут медитировать на изъяны другого и не омрачатся таким. Они будут позитивны, счастливы, не привязаны и будет знать каждый, чем ему заниматься. Они никогда не будут смотреть на других. Это и есть настоящее уединение. И уединение физическое нужно только для этого, чтобы воспитать это. А истинное уединение — это антар-мауна. Поэтому садху никогда не смотрит на других. То есть он конечно немножко смотрит, чтобы не сбить там по дороге в алтарный зал, не толкнуть кого-либо плечом. Но он не слишком смотрит, он немножко только смотрит, этого достаточно.
Когда мы смотрим на других, мы забываем наставления Даттатреи. Когда мы слишком смотрим на других, наш ум очаровывается или омрачается другими, мы начинаем медитировать на его качества, входить в ясность, мы как бы начинаем жить этим человеком. Когда я замечаю это, я спрашиваю: "А кто у вас Иштадэвата, у вас Даттатрея Иштадэвата? Действительно? Или этот человек? Если у вас Даттатрея Иштадэвата, то вы о нем должны говорить, о его превосходных качествах. У вас должен сформироваться целый Даттатрея-дискурс. А когда вы говорите два часа подряд об этом человеке, начинает брать сомнение, что у вас может другой Иштадэвата."
Мы всегда должны задавать себе вопрос, кто у меня Иштадэвата или хотя бы Прибежище в целом. Вы обсуждаете то, вы медитируете на то, вы уделяете внимание тому, кто у вас Иштадэвата, кто у вас избранное божество и Прибежище. А если это не ваше избранное, то вы не уделяете этому, значит вы не поглощаетесь чужими изъянами, чужими качествами, поступками, мыслями, какими бы они ни были.
Иногда говорят: "Да, но этот человек, он так себя ведет, не соответствует дхарме", и снова идет этот дискурс, идет перечень изъянов, качеств и прочее. То есть ум находит удобный предлог, чтобы увильнуть и вернуться, не медитировать на Иштадэвату или на Брахмана, а снова на этого же человека. Мы должны видеть в себе такие тенденции ума и мгновенно их пресекать, даже не выслушивая, мы должны сказать уму: "Стоп, мой Иштадэвата Даттатрея." Мы должны мгновенно возвращать себя к настоящему своему собственному выбору, а не к выбору произвольному нашей кармы.
Истинное уединение означает, мы оставляем других в покое, хорошие они или плохие. Иногда, когда мне говорят, вот тот человек, у него и то, и то, и то. Я говорю: "Все, я понял, он просто ужасен, он просто кошмар, я все понял. Остановимся теперь, мы уже приняли, мы договорились, да, а теперь займемся вами. А с вами как вообще дела? Кто ваш Иштадэвата? Если с ним не все абсолютно понятно с ваших слов, а дальше что?" Тогда я говорю: "Как бы то ни было, какой бы другой ни был, вы то со своей стороны что делаете?" Со своей стороны вы должны отрабатывать именно свою дхарму. Вы со своей стороны должны быть безупречным, даже если кто-то якобы ужасен. Вы должны быть прекрасны. Где ваша красота? Где ваши чудесные качества? И по крайней мере, если вы не чувствуете, что вы можете быть прекрасными, то смотрите на Даттатрею, настраивайтесь, он прекрасен. Все, этот вопрос решен.
Никогда не надо фиксироваться на изъянах, на чужих качествах, делать объектами своего внимания, концентрации кого-либо — это истинное уединение. То есть надо добиться состояния одного браслета. Один браслет означает — другие не звенят. Состояние единства, состояние одного. Тогда нас ничто не беспокоит, мы медитируем на прекрасный образ, на своего Иштадэвату, с нами все хорошо. И даже если у кого-то есть изъяны, мы понимаем, это же не наши изъяны, то есть мы то ни при чем. Да, кто-то может так проявляться или так, но мы со своей стороны отрабатываем безупречно себя как садху на все сто процентов. Наша совесть чиста, а за других мы не в ответе. И чего тогда переживать?
Но часто бывает, мы забываем этот принцип и переживаем за качества других. Иногда говорят: "Но я же переживаю за него, он же... это же не дхарма." А чего вам за другого переживать? Вы что, его Гуру? У него уже есть свой Гуру. В этом случае ученика, это я. Если не я его Гуру, то Вишну Гуруджи Махамахарадж, Вселенский Гуру, он его научит всему через закон кармы. Чего вы так переживаете за другого? Сострадание должно быть, но втягивание внимания не должно быть. Это урок Даттатреи — уберите все это, пусть звенит только один браслет, пусть не будет множественности, пусть не будет медитации на внешнего другого.
Изготовитель стрел — учитель поглощенности
"Там, будучи устойчивым, этот сосредоточенный ум постепенно избавляется от побуждений к деятельности и, отсеивая раджас и тамас через нарастающую саттву, становится умиротворенным, не имея пищи, чувственных впечатлений, которые бы питали его."
"Для человека, обладающего обузданным таким способом изнутри умом, исчезает различие между внешним и внутренним, подобно тому, как изготовитель стрел, с его умом, поглощенным процессом изготовления стрелы, не замечал царя, проходившего мимо."
Изготовитель стрел — это символ поглощенности. Такая поглощенность может быть в состоянии дхьяны, тогда она ведет к самадхи. Если это не состояние дхьяны, а состояние подступающей концентрации, тогда это путь к сахаджа-самадхи. Поглощенность должна быть всегда, только могут быть ее варианты: либо это поглощенность по типу дхьяны, с остановленным умом, либо поглощенность по типу праджни, на фоне присутствия аналитического сознания. Вторая — это созерцание, первая — это практики концентрации, медитации по типу раджа-йоги. Добиваться такой поглощенности очень важно, особенно поглощенности по типу праджни. Это и есть путь к сахаджа-самадхи.
Достижение поглощенности в духовной практике
Как добиться поглощенности в Атма-вичаре, трайя-санкальпе, джапе на семенную мантру Даттатреи, дивья-бхаве, преображении в облик Даттатреи и порождении гордости божества? Как добиться поглощенности в Шамбхави-мудре или одной из санкальп? Все это надо проверять индивидуально, применяя методы на себя. Считается, что вы прошли метод, когда полностью им поглотились. Тогда метод начинает давать плоды. Чтобы метод сработал, вы должны им поглотиться. До тех пор, пока не было поглощенности, метод не будет работать, метод не даст плоды.
Без поглощенности человек практикует и говорит: "Что-то он не идет." Но надо практиковать так, чтобы была поглощенность. В поглощенности вы и метод становитесь одним, вы сами становитесь методом. И если есть двенадцать санкальп, то это двенадцать методов поглощенности для испытания нидидхьясаны. Если есть 16 способов медитации на Брахма-ахам-бхаву, это 16 способов медитации на божественную гордость. Если есть шесть мудр — агочари, кхечари, чхачари, шамбхави, крама, бхайрава — это шесть способов быть поглощенным разными типами созерцания.
Ваша джапа, дхьяна, санкальпа будут успешными, когда вы подбираетесь к поглощенности. Во время поглощенности понятийный ум начинает останавливаться. Вместе с ним начинает останавливаться и мир. И в такой поглощенности ваше восприятие смещается с уровня обыденного, джаграт, в более глубокие, где вы можете воспринимать измерение метода, измерение божеств, измерение Брахмана.
Чтобы испытывать поглощенность, нужна настойчивость, однонаправленность в садхане и много труда. Не лениться, каждый день делать садхану, находить время. Тот, кто поглощен своим методом, подобно лучнику, изготавливающему стрелы, который не заметил процессию царских слонов, тот достигает успеха. Ему некогда думать о постороннем, у него нет много разговоров, у него нет посторонних дел, он занят, он всегда занят. Занят означает он чем-то поглощен.
Иногда меня спрашивают: "Вы заняты?" Не то чтобы я был занят какими-то вещами, я поглощен, я поглощен Брахманом, созерцанием Брахмана. Это очень серьезная занятость. И сначала мы учимся быть поглощенными Брахманом в идеальных условиях, в равновесии, в покое, в неподвижности ума. Если кто-то нарушит в нас покой, мы потеряем поглощенность. Это поглощенность через дхьяну. Затем мы учимся быть поглощенными на фоне разговора, мышления, ходьбы и действий. Это очень сложно. Десятки лет уходят на то, чтобы не терять поглощенность Брахманом в нидидхьясане на фоне действия. Но выхода другого нет. Это и есть путь сахаджи.
Поглощенность в служении
Когда мы делаем служение, мы тоже должны быть поглощены служением, но не теряя Брахмана. С одной стороны быть поглощенным Брахманом, с другой стороны быть поглощенным служением, в смысле делать его с концентрацией и самоотдачей. Тогда служение будет успешным и служение становится формой духовной практики. Тогда служение не будет истощать.
Служение истощает почему? Потому что мы его делаем, а не поглощены, наша душа где-то в другом и мы думаем, как бы его вообще не делать или как бы его сделать побыстрее и пойти куда-нибудь, и заняться чем-то более приятным. Мы в этот момент упускаем возможность сделать служение садханой, сделать служение созерцанием. И тогда и служение не очень-то получается, потому что мы не отдавали ему душу, не были им поглощены, у нас не было азарта, вдохновения. И практикой оно не становится.
Но поглощенность — это успех в любом служении. При этом поглощенность не означает быть втянутым в действия, втянутым в результат, в плоды, в себя как делателя, во внешнее, материальное. Поглощенность, в частности в служении, означает быть поглощенным созерцанием и созерцание быть поглощенным служением, не теряя созерцание.
Любая поглощенность погружает вас в измерение свапна, а измерение свапна — это источник ясности и силы подсознания. Поглотившись, вы запускаете скрытые механизмы подсознания, и эти механизмы начинают делать чудеса, помогая вам в служении, управляя ситуациями, открывая интуицию. А если ваша поглощенность еще глубже, вы выходите на уровень сушупти. Это уровень прямой материализации намерения, когда есть санкальпа и ваше сознание буквально проявляет эту санкальпу.
Те, кто так поглощены, у них появляются некоторые силы — сиддхи. Они могут из пустоты материализовывать события и явления. Это не то чтобы они как в фокусе это делают, просто материализуют, нет. Просто когда они берутся что-то делать, все волшебным образом получается, как будто им очень везет. Секрет этого в том, что они поглощены тем, что делают и они задействуют сокрытые механизмы подсознания и сверхсознания. Тогда вся вселенная и природа становятся на их сторону, потому что вселенная — шакти, слышит их санкальпы, их иччху, их волю и откликается на нее. Таким же образом, когда мы поглощенно практикуем, плоды практики, знаки практики приходят.
Поведение змеи
"Змея. Мудрец должен странствовать в одиночестве, быть бездомным, всегда осознающим и останавливаясь в пещерах, он не должен выдавать свою истинную ценность своими действиями, оставаясь без попутчиков и будучи сдержанным в речи. Человеку чрезвычайно трудно и бесполезно строить дом, ибо его тело настолько хрупкое. А змея пользуется жилищами, сделанными другими и довольствуется этим."
Поведение змеи означает жить непривязанно, не цепляясь, в этом мире, подобно тому, как змея не строит жилища, а змея пользуется уже существующими норками мышей, бурундуков и так далее, занимает их. Поведение змеи означает, садху доверяет природе, садху доверяет мирозданию, он не прилагает огромные усилия, чтобы стяжать материальное. Он живет просто, но при этом все, что необходимо ему природа дает. Это происходит благодаря его правильному мышлению, правильному отношению к жизни и к природе. Поведение змеи означает умело пользоваться тем, что приходит само, а не страстно желать получить в будущем какие-то несбыточные цели.
Когда садху, подобно змее живет непривязанно, сама вселенная начинает заботиться о нем. Но он должен соответствовать своему статусу, своему пути, не отклоняться от него, не злоупотреблять, не просить от вселенной больше, или не терять свою непривязанность. Тогда вселенная будет давать ему то, что ему нужно. Путь змеи означает не требовать слишком много, не желать слишком много. Не требовать искусственно что-то еще, помимо того, что приходит естественно. Не строить долгих планов, но оставаться в своей природе, не покидать свою природу.
Вопросы
Вопрос: Насчет поглощенности, если человек делает служение поглощенно, но при этом созерцания Атма-вичары нет, что происходит, но он очень поглощен.
Чем?
Вопрос: Служением.
Тогда у него воспитывается однонаправленная концентрация и внимательность. Благодаря этому через некоторое время такая внимательность будет усиливаться, и способность поглощаться чем-либо в служении воспитывает его буддхи и внутренний наблюдатель должен нарастать. И рано или поздно эта поглощенность будет перенесена на Атма-вичару. Главное здесь, на фоне такой поглощенности зарождать наблюдение еще за ней. Не просто быть поглощенным однонаправленно и все, а еще должен быть наблюдатель, кто наблюдает эту поглощенность. И он должен усиливаться через нее. Это как концентрация на пламя свечи.
Сначала вы концентрируетесь на пламени свечи, возникает воля, внимание. А потом вы начинаете осознавать эту волю, внимание как того, кто концентрируется на пламени свечи. Вы выходите на первый план. И бывает так, что вы концентрируетесь на пламени свечи, затем во всей вселенной остается только пламя свечи. А потом выходит на первый план ваше сознание наблюдателя, оно становится больше, чем свеча, это результат дхьяны. То же и в служении.
Вопрос: В нашем случае это отпускание, отпускание, как в нашем случае, служение, это просто отдавать старшим, мы же не принимаем решение, что будем делать.
Здесь отпускание своих чувств, цепляний, привязанностей, обладания, желания получить моральное удовлетворение, вот это. И когда ситуация говорит, что это надо отпустить, это надо делать легко.
Вопрос: Вы считаете, что это вместе со старшими?
Но если вы делаете это как служение кому-либо из старших, то конечно, да. Потому что если вы делаете севу, а потом говорите: "Я решила отпустить эту севу", то вас не поймут. Потому что сева — это служение и старший играет роль проводника божественной воли, в общем вы делаете не столько для себя, для того, чтобы эту волю провести, ее удовлетворить.
Вопрос: Ситуация, в случае Наропы, когда он (гуру) отправил его воровать еду и через это, как бы это определенная садхана была, он должен был отпустить.
Да, конечно да. В этом случае он должен отпустить скорее свой страх и цепляния, а эту волю провести, да. Через это он вырос.
