Путь самоотдачи: жертвование тела, чувств и состояний Шиве

Комментарий к тексту Шивайоги Шивачарья «Шри Сиддханта Шикхамани». Глава 17

Стхала «жертвование тела».

Когда шива-йогин, воплощение Шивы, дарующего милость всем существам, во время поклонения отрекается от привязанности к своему телу, это называется жертвованием тела. Когда йогин жертвует свое тело Шиве, тогда это тело становится формой Шивы. Нет в том сомнений.

Обычно мы все начинаем идти к Богу на личных мотивах, они смешаны. Эти мотивы исходят из ахамкары, из эго — свойство эго это гордость; из ума — это сомнение, свойство манаса сомнение. Из буддхи — это вера и уверенность, свойства буддхи. И из памяти, читты — свойство читты все запоминать. Все эти мотивы смешиваются.

Например, наш ум сомневается в необходимости жить сансарной жизнью, будет ли он счастливым. У него вообще великое сомнение. Наш буддхи зарождает веру. Наша читта хранит предыдущие практики, которые ранее мы выполнили. А наша ахамкара гордится: я садху, я вступаю на духовный путь, я великая личность. Все это вместе, антахкарана, все эти мотивы, каждый дает часть своих мотивов. У нас есть:

• Мотивы сомнения, связанные с неверием в сансару и неуверенностью в себе, замешательство

• Мотивы гордости за себя, как садху

• Мотивы веры

• Мотивы самскар прошлых жизней

Все они смешиваются. Все это наши собственные мотивы, эго-мотивы. Наиболее чистый мотив — это тот мотив, который исходит из буддхи, который связан с верой. Когда мы усиливаем мотив, связанный с верой, мы приходим к пониманию самоотдачи.

Вначале духовная практика, которая строится на эго-мотивах, ведет человека до некоторого уровня. Он зарождает гордость за себя, как садху, и на гордости он может несколько лет продвигаться. Память прошлых воплощений тоже ведет его, помогает преодолевать самскары этой жизни. Также сомнения в материальной жизни, сомнения и желания во всем разобраться движут его любопытством, исследованием, чтобы преодолеть в себе это сомнение, потому что сомнение порождает страх, неуверенность. Каждый человек стремится рассеять эти сомнения, неуверенность, изучая дхарму, постигая, практикуя в надежде, что что-то должно проясниться. Когда-нибудь вся эта глобальная запутанность с внешней жизнью, со своей душой, со своим путем, с Богом, с духовной практикой станет яснее.

Огромная запутанность у мирских людей. У садху есть своя запутанность. У мирских людей — мирская запутанность. Она есть у всех, но у садху эта запутанность тоньше и красивее. У мирских людей она грубее: если не контролируется гнев, то он не контролируется, если не контролируется вожделение, то оно не контролируется, и дети появляются. Если не контролируется привязанность, то она не контролируется. Если не контролируется зависть, она выражается. Запутанность мирского человека проста.

Садху, обладая самоконтролем, отрешением, мудростью и ясностью, обладает более тонким замешательством. Это тонкие энергии, три ловушки йогина: блаженство, ясность, пустота, мимикрия эго. Очень много таких тонких вещей, нелегко их даже распознать без Учения, без Гуру.

Но все это составляет конгломерат различных мини-мотивов, которые сливаются в одну большую мотивирующую энергию, и эта мотивирующая энергия осуществляется нашим тонким телом и нашей антахкараной. До некоторой степени йогин на этой мотивирующей энергии может длительное время продвигаться. Но затем он чувствует, что эта мотивирующая энергия водит его по кругу, что нужно что-то другое. Он переживает одни и те же опыты, впадает в одни и те же состояния, делает одни и те же ошибки, и чего-то не хватает. Он уперся в такое состояние, где он практикует, и практикует много, но на самом деле бегает по замкнутому кругу. Это значит, что его мотивация практики как ахамкары исчерпалась.

Тогда ему Гуру говорит: делай акцент на веру, на поклонение, на Гуру-йогу, на преданность, на самоотдачу. Меняй вообще мотивацию своей духовной жизни. Пойми, что твоя духовная практика делается не для тебя, а на самом деле она делается для Бога. Но поскольку Бог самодостаточен и просветлен, то она делается не то чтобы для него, а чтобы предаться ему, служить и стать проводником божественной воли.

Стадия самоотдачи и служения

Здесь ученик вступает в стадию самоотдачи. Он может начинать с самоотдачи того, что у него есть. Например, есть что-то материальное, цветы — их можно положить на алтарь. Есть еда, прасад — ее можно осветить мантрами. Хотя Даттатрейя, Шива не едят ее буквально, мы ее едим, но акт самоотдачи осуществляется. Есть тело — это тело можно задействовать в служении.

Постепенно йогин должен начать привыкать к духу самоотречения и к духу самоотдачи. Все это большой принцип служения, служения божественной воле. Научиться слушать божественную волю, быть послушным божественной воле, ставить ее на первое место, предаваться ей — это большое искусство. Научиться быть каналом божественной воли, начиная с тела. Когда мы телу даем служение, делаем простирания, делаем севу, мы приучаемся. Это и есть самопожертвование тела, когда мы это тело подчиняем принципу служения.

Это тело хочет наслаждаться, ум хочет наслаждаться у обычного человека. У садху тело хочет практиковать, потому что ум хочет практиковать, если он, конечно, правильный садху. У правильного садху ум хочет практиковать, и тело тоже хочет практиковать. Но вопрос, для чего оно хочет практиковать — для собственного наслаждения? Ум для чего хочет практиковать? Для того чтобы самому пребывать в комфорте? Здесь должен быть элемент самоотдачи, самоотречения. Для Бога, для того чтобы проводить божественную волю.

Принцип жертвования всех удовольствий

Йогин должен преподносить Шиве, воплощению счастья и сознания, все те удовольствия, которые возникают при контакте с радующими чувства объектами.

Первое, с чем мы сталкиваемся — надо подносить все удовольствия, отдавать их, не присваивать, не пытаться насладиться, принять позицию: я не наслаждающийся, верховный наслаждающийся — это Ишвара, Даттатрейя, Шива. Например, когда приходит какое-то счастливое переживание, я думаю: отдам я это лучше Ишваре, он разберется, он знает, что с ним делать. Я не очень опытен в переживании блаженств, счастливых состояний, могу за что-то не то зацепиться. Но если я его отдам Ишваре, он все поставит на свое место и разберется с этим. Это счастливое переживание не исчезнет. Просто в нем откроется новая глубина, новое измерение Бога. И я начну правильно быть счастливым в духовной жизни, не цепляясь ни за блаженство, ни за ясность, ни за пустоту.

Есть переживание от вкусного прасада — то же самое. Мы должны подумать: я могу захватиться жадностью к еде, могу есть этот прасад. Телу нравится, оно глупое, оно чувствует, что сейчас ему хочется, оно не думает стратегически. Оно не мыслит категориями диет, чистоты каналов, уровня холестерина в крови и прочее. Ему все это не интересно. Оно хочет сейчас. То же самое и ум. Но буддхи в нас должен подумать: я не буду наслаждаться едой, отдам я лучше это Богу. В тот момент, когда мы думаем о Боге, мы уже жертвуем вкус, наслаждение от пищи Богу. Этот вкус не уходит, это не значит — научиться есть безвкусно.

Есть такие люди, христиане и индуисты, они полностью отказываются от вкуса, они едят, как птицы. Первое, второе, компот — все в одну чашку, смешивают все, говорят: а в животе все равно ведь все перемешается. Никаких проблем. И потом едят это. Но в нашей традиции это не так. В момент наслаждения, переживания вкуса мы думаем об Ишваре и чувствуем наслаждение Ишварой.

Практические методы самоотдачи

А как это практически делать? Если мы делаем в духе тантрийской садханы, мы обязательно должны делать визуализацию, преображение, хорошо понять, как это делается. Визуализируем себя в облике божества медитации, ишта-девату в облике божества мудрости, осуществляем ритуальное подношение. Мы едим, а в это время идет садхана, полноценная визуализация. Мы преображаем пищу, освещаем ее особым образом через три слога и делаем подношение ишта-девате чаш с нектаром. Получаем благословение от ишта-деваты, затем едим.

Если же это садхана в стиле Ануттара-тантры, никакие визуализации не предполагаются. Нам нужно пребывать в безупречном самоосозновании, подобном пространству. Тело, подобное пространству, Дигамбара, Даттатрейя, одетый в стороны света — вот облик ишта-деваты. Сам процесс пожертвования пищи — это безупречное смещение фокуса внимания на тело бхагавана Даттатрейи, пребывание в созерцательном присутствии и воссоединение с энергией вкуса и блаженства от еды. Это другой способ, более высокий считается. Трудно им овладеть.

Интеграция с чувственными наслаждениями

Это касается всех чувственных наслаждений. В жизни садху тоже есть чувственные наслаждения. Не такие, как в жизни мирского человека, поменьше, но они тоже есть: от еды, эстетическое наслаждение от красивого звездного неба, например, вы выходите в три часа ночи погулять, если не спится, смотрите, какое превосходное небо. Если вы просто наслаждаетесь этим бессознательно, не жертвуете Ишваре, то вас уже ждет ловушка пустоты или ясности. Если вы в это время пребываете в осознанности, жертвуете Богу это наслаждение, то ваше восприятие неба становится полноценной садханой, интеграцией.

То же самое касается наслаждения от музыки, звука, наслаждения запахами благовоний, наслаждения красивыми формами божеств, едой и любыми эстетически привлекательными объектами. Умение интегрироваться с эстетически привлекательными объектами в шиваизме имеет достаточное значение, если вы можете пребывать в тантрийской визуализации: мантра, преображение и поднесение, либо объединяться, пребывая в состоянии присутствия.

Такой дух самопожертвования, чувство «я не наслаждающийся, а наслаждающийся только один, и это верховный Бог, бхагаван, Ишвара» — это то, к чему йогин привыкает годами. Благодаря этому все его действия больше не создают кармических реакций, карма-пхала, он учится наслаждаться только Богом в любых ситуациях. Больше мирские желания не введут его в заблуждение, ни страстные привязанности, ничто больше его не может соблазнить, потому что он привык все отдавать, отдавать, отдавать.

Самоотречение от духовных наслаждений

Это и есть внутренний дух, антартапасья, самоотречение, отказ от желания наслаждаться. В том числе даже духовными практиками. Духовные практики, если ваш ум чист и каналы чисты — это тоже превосходный источник наслаждения. Тот, кто мало практикует, может сказать: какой это источник наслаждения, это трудно. На самом деле для людей с чистой кармой, с хорошей заслугой, духовные практики — наслаждение. Человек сидит себе, концентрируется на чакре, переживает блаженство в чакре. Он готов так по восемь часов сидеть. Это как курорт на Мальдивах где-то для мирского человека. Очень приятно. Или с остановленным умом, в правильной позе можно сидеть, сидеть, сидеть в Махашанти, блаженство.

Но если у него нет тенденции отдавать это, то это блаженство перерастает в отклонение, манолайю, захваченность пустотой. Или видится прекрасная форма, превосходная божественная форма — захваченность ясностью. Или блаженство в чакре перерастает в захваченность блаженством. Садху должен наслаждение от духовной практики тоже научиться отдавать Богу. Все отдается Богу. Не для себя.

А чем же наслаждается душа садху? Близостью к Богу, благословением Бога, процесс самоотдачи. В процессе такой близости, самоотдачи она становится настолько близка к Богу, что практически с ней сливается. Это блаженное состояние не идет по глубине ни в какие сравнения с чувственными удовольствиями и переживаниями. Это и есть принцип самоотдачи.

Все то удовольствие, которое возникает при видении, прикосновении, слушании, обонянии и т.д., все это следует преподносить Шиве.

Следует преподносить Шиве. Для чего? Неужели Ишвара нуждается в наших подношениях? Нет, не нуждается, он Пурнатва, целое. Это целое, то целое. К нему не прибавить, не убавить. В этом нуждаемся мы сами. Шива есть самая сущность наслаждения, самая сущность счастья, самая сущность блаженства. Но поскольку мы не в контакте с этой самой сущностью, мы не в абсолютном блаженстве. Мы в каких-то пограничных состояниях. Иногда совсем даже не в блаженстве, иногда в нейтральном состоянии. А кто плохо практикует осознанность, в неудовлетворенности даже.

Причины неудовлетворенности и путь к принятию

Иногда человек пребывает в неудовлетворенности, он начинает искать причину. Если это глупый человек, он начинает думать, что причина его неудовлетворенности снаружи, думает: этот человек точно мне мешает быть счастливым в духовной жизни. Или эта ситуация, или эта культура, или какие-то группы людей. Из-за этого возникают большие проблемы в мире, когда одна нация решает, что им мешает жить какая-то другая нация, целые войны начинаются. Не было бы этой нации, были бы счастливы. Раз, война началась. То же самое, человек так может думать.

Если садху помудрее, он понимает: причина моей неудовлетворенности — это какое-то мое неправильное видение, я сам, мой ум. Он начинает искать причину этой неудовлетворенности. Самая лучшая отговорка у садху — карма. Так же, как христиане говорят, это все бесы, это все дьявол. Садху в индийской традиции говорит: карма, карма же, понятно.

Но потом душа начинает думать, а почему я должен быть в рабстве у кармы? Да, карма есть, но я не раб этой кармы. Эта карма не должна меня смущать. Я все-таки все равно должен начать чувствовать удовлетворенность и счастье, несмотря на карму. Даже вопреки карме, не ожидать, когда она очистится, неизвестно, когда она очистится. Если эта карма очистится, прарабдха, то санчита-карма в следующей жизни станет новой прарабдхой, а еще, возможно, создаются новые кармические реакции. Неизвестно, когда она вообще исчерпается. Это такой замкнутый круг.

Тогда садху начинает думать: а почему бы мне не быть в счастье, в Боге прямо сейчас, несмотря на такую карму, не ждать, пока она улучшится, а прямо сейчас это делать. Когда он начинает так думать, то он на правильном пути. У него возникает приятие своей судьбы, приятие своей кармы. Он больше не ждет каких-то идеальных обстоятельств, когда его тело, внезапным образом обожженное огнем йоги, преобразится в тело сиддха. Он не ждет, когда какие-то идеальные условия у него создадутся: идеально чистые каналы, идеально чистые чакры, идеально заостренный концентрацией ум, идеальная прана. Он принимает решение быть в Боге прямо сейчас, пребывать в счастье прямо сейчас. Он учится медитировать на Бога и все отдавать прямо сейчас.

Внезапно он чувствует, что когда он отдает все, он обретает прямую связь с Богом, даже с той кармой, какая у него есть. Он может пребывать в созерцательном присутствии, в любой позе, любая поза годится для созерцания, в любой ситуации, с любой кармой. Он может даже плохие обстоятельства тоже делать путем. Например, болезни, страдания, клеши, плохое настроение. Он тоже может объединяться с ними, подносить Богу и без проблем быть счастливым. Они никуда не деваются. Они не деваются сразу никуда, они остаются. Но они перестают быть проблемой. Счастье от подношения Богу, от пребывания в Боге увеличивается, оно становится главным, главным движущим переживанием. А вторичные кармические вещи остаются, но они маленькими остаются, небольшой проблемой.

Есть такой трюк психологии и математики. Нарисована линия, допустим, линия пятьдесят сантиметров. Ее нельзя даже на миллиметр уменьшить, но эту линию надо как-то уменьшить. Какой способ? Единственный способ — другую линию еще длиннее сделать. И в сравнении с этой линией, линия пятьдесят сантиметров как бы уменьшится, меньше покажется. То же самое здесь. Нарисована линия, это есть карма, определенная. Ее не так просто сразу уменьшить. Она уменьшается, но постепенно, очень медленно. Но как ослабить ее влияние? Как не подвергаться ей? Как быть счастливым в Боге прямо здесь и сейчас, не ожидая юга-тапаса? Юга-тапас — это двенадцатилетний тапас. Когда надо по четырем сторонам света по три-четыре года в каждую сторону сидеть, медитировать, мантру читать. Не ожидая. Есть садхана — по четыре года в каждую сторону, это шестнадцать лет. Это традиционные отрезки.

Поэтому нужно нарисовать эту большую длинную линию, которая бы обесценила эту карму. Эта большая длинная линия — наша способность к самопожертвованию Богу, самоотдаче и пребыванию в счастье, в Боге, в божественной благодати. Это и есть принцип самоотдачи, атма-ниведана.

Если мудрый садху, то он не пребывает в неудовлетворенности, он понял этот принцип; кто не понял — пребывает в неудовлетворенности, как-то не понял это. Этот вопрос недолгий. Понял — не понял. Это не просветление, это вопрос понимания. Просветление приходит позже. Здесь просто понял — не понял. Понял, что надо отдавать — не понял. Тот, кто понял, отдает, отдает, он счастлив. Не понял — нагружает, нагружает на себя. И он ходит с этим. Как рюкзак за спиной. Тот, кто понял, тот не страдает, он более менее всегда счастлив, потому что он всегда отдает всю карму, все переживания.

Но все счастливые переживания тоже надо отдавать. Ничего не надо присваивать. Бывает, человек плохое отдает, он говорит: Гуру, плохо на душе, я пришел отдать. Хорошо, давай. Гуру-то знает тот секрет, он не берет это себе, он отдает Богу сразу же. Все растворяет. Но ученик Бога не видел, он не знает этого секрета, он приходит к Гуру, надо куда-нибудь отдать. Когда ученик понял этот секрет, он уже не приходит к Гуру отдавать, он сам уже как-нибудь отдает. Он приходит к Гуру обсудить севу. Он не обсуждает свои проблемы, у него нет проблем. Только наставления по углублению практики. Но, в общем, он обсуждает методы или севу. Он не говорит с Гуру о проблемах, потому что проблем нет. Он знает этот секрет, как отдавать Богу. Он так же, как Гуру, их научился отдавать. Может, на своем уровне, но он не страдает больше.

Но когда возникают счастливые состояния, радостные состояния в духовной жизни, ими тоже не надо единолично наслаждаться. Единолично наслаждаться — это как в пионерлагере, в армии, под одеялом одному печенье есть. Считается, это нехорошо, некрасиво. Это — то же самое. Любые переживания надо отдавать Богу. Причем, от Бога вы все равно не спрячетесь. Все равно видно все через одеяло, через одеяло нашего эго. Одеяло, конечно, не буквально. Это наше эго. Все отдавать Богу, все прекрасное, все хорошее, все дающее наслаждение, удовольствие — это принцип садху.

Садху тогда, приучаясь все отдавать Богу, начинает жить в состоянии самоотдачи. Это состояние постоянной связи с Богом, постоянного вдохновения, благодати. Благодать не заканчивается. Тогда садху понимает, что секрет благодати прост, отдавай все Богу — и ты никогда не будешь терять благодати, она никогда не заканчивается, ее все больше, больше, ее много не бывает. Это жизнь в совершенно другом измерении, не в страданиях и не в удовольствиях от эго, а в божественной благодати, когда все постоянно отдаешь. Конечно, это очень противоречит потребительской культуре, которая говорит: бери, бери, бери, бери, где можешь, где не можешь — тоже бери. В результате люди страдают. В США, в самой развитой стране мира, одна треть — на антидепрессантах. Это результат ошибочной потребительской культуры. То же самое и другие. Культура садху — это совсем другая культура, культура самоотдачи.

Всю ту радость, которую Атман испытывает благодаря телу, йогин жертвует господу Шамбху. И так достигает чистоты.

Стхала жертвования органов чувств.

В писаниях, агамах жертвованием органов восприятия зовется привязывание всех чувств к Шиве, высшему из высших. Испытывая удовольствие от объектов восприятия, йогин посвящает все свои чувства Шиве. Поэтому йогина называют «тот, кто пожертвовал свои органы чувств».

Внутренний орган восприятия, состоящий из сознания, интеллекта и ума, — это слон, взбесившийся под воздействием понятий «я» и «мое». Шива-йогин, который сумел привязать этого возбужденного слона к Шиве, как к столбу, настоящий храбрец, достигший всех совершенств. Ум — первый среди всех органов чувств. Когда он обуздан, удерживается в Шиве, что же говорить об остальных чувствах, подчиняющихся уму. Управление чувствами называют невовлеченностью. Когда все чувства направлены на Шиву, как могут они утонуть в сансаре? Когда все чувства находятся под контролем, наступает умиротворение, которое, как топор, рассекает ядовитые дебри сансары.

Сначала, пока недвойственное созерцательное присутствие не обнаружено, направление ума на Бога осуществляется через мантру, памятование ишта-деваты, взращивание преданности Древу Прибежища, Гуру-йогу. Чувство Прибежища, мантра, образ ишта-деваты, Гуру-йога очищают ум, готовят его к следующему этапу самоотдачи.

Когда раскрывается созерцательное присутствие и йогин распознает безграничную сияющую тонкую осознанность, подобную великому пространству бхавы, Бог в форме ишта-деваты, в форме Гуру дает ученику даршан. И этот даршан пробуждает в нем осознавание собственного тела мудрости, о котором мы говорили на прошлом сатсанге. Осознавание этого тела мудрости позволяет йогину быть в контакте с телом мудрости Бога, джняна-кайя. Тогда самоотдача осуществляется простым возвратом к созерцанию тела мудрости и объединению тела мудрости и переживания.

Это происходит так, как если бы вы были в глубокой осознанности пространства или в глубокой осознанности Брахма-ахам-бхавы, божественного величия. Все, что попадает в поле вашего зрения, обоняния, вкуса, осязания, соединяется с этим полем и растворяется в нем, полностью не исчезая, но полностью меняя свой вектор, подчиняясь ему, и отдаваясь. Органы чувств, внутренний инструмент, мыслительная активность, концепции, действия. Это как если бы все подчинялось этому божественному полю единого Сознания, которое вы воспринимаете через присутствие осознанности.

Именно через органы восприятия рождаются грехи и благие поступки. Когда восприятие пожертвовано Господу, откуда взяться связанности поступками, кармой. Когда огонь сознания сияет внутри и вовне в виде мира, человек жертвует этому огню все объекты восприятия и становится свободным. Откуда взяться страданиям от перерождения у человека, который жертвует огню сознания мысленные образы, порождаемые миром?

Однажды, к Шри Рамакришне пришел Кишапчандрасен из общества Брахма Самадж. Он задал ему вопрос: почему я не вижу Бога? Рамакришна ответил: потому что ты еще ищешь славы, учености, известности. Бог подобен матери. Мать смотрит, как ее ребенок забавляется игрушкой, как он сосет какую-нибудь игрушку, бегает с ней. Она думает: мой малыш очень занят, это ему очень нравится. Но когда он игрушку отбрасывает, начинает реветь и взывать к своей маме, она оставляет плиту и приходит к ребенку. То же самое и здесь. Пока у нашего ума есть игрушки, Бог не спешит со своей благодатью. Он смотрит, думает: мой малыш очень занят, надо ему дать возможность испытать это. Это же для него так интересно. Но как только мы отбрасываем эти игрушки и взываем к Богу, то благодать сразу же, несомненно, приходит.

Другой вопрос, что часто человек не уверен, надо ли ему это отбрасывать, или он не может отбросить это в силу своей большой зависимости. Поэтому самоотдача — это такое непрерывное оставление и отдача Богу на фоне любых действий. Это не отказ от действий, не отказ от мыслей, не отказ от восприятия. Если это ложно понять, как отказ простой, то это не будет истинной самоотдачей. Долг должен исполняться. Долг должен исполняться. Долг карма-санньяси должен исполняться. Долг брахмачари, послушника должен исполняться. Долг санньяси должен исполняться. Все должно делаться, что должно делаться. Непрерывная самоотдача — это отрешение от плодов, результатов, и постоянная самоотдача Богу каждый миг.

Свет Атмана, имеющий природу Сознания, пробуждается жизненным дыханием, праной. Жертвуя этому огню все объекты восприятия, йогин, несомненно, сам принимает ту же форму чистого Сознания. Все органы чувств и тело, инструмент наслаждения, — это средство поклонения Шиве. Кто так созерцает свое тело и чувства, достигает Освобождения.

Тело с его пранами, органами чувств и органами действия — это инструмент, янтра для поклонения Богу. Для поклонения Богу, то есть соединения с Богом, проведения божественной воли, а не для чего-то еще. Когда мы так его рассматриваем, постепенно все наши действия становятся таким поклонением. Внутренним поклонением и внешним. Внешнее — это карма-йога, внутреннее — это созерцательная практика и тантрийская визуализация. До тех пор, пока все они не сольются. Сначала они разделены. Сева снаружи, тантрийская визуализация, созерцательная практика, — они словно бы происходят в разных плоскостях бытия и сознания. По мере утончения нашего ума и роста нашей джняны они все начинают сливаться. Это и есть единый вкус. Тогда они перерастают в сахаджу, единое естественное состояние, полное самоотдачи Богу.

Состояние пустого сосуда

Для того, чтобы это происходило, ученик должен всегда жить в состоянии пустого сосуда, в состоянии смирения перед Богом, перед Гуру, перед садху. Тогда он, как пустой сосуд, будет открыт, восприимчив для божественной благодати. Есть классификация разных типов учеников: средние, низшие, высшие. Перечисляются свойства учеников низшей категории. Одно из них называется «бана». Бана — это как стрела. У него на все есть готовый ответ. Гуру говорит, а у него это, гуру говорит, а у него это, а у него это. У него на все есть, что ответить. У него нет внутренней пустоты. Когда есть внутренняя пустота, тогда есть способность воспринимать, есть способность получать благословения.

Таким же образом, Бог посылает благословения, а у нас уже в ответ что-то ему. Мы не видим даже, что это благословение. Мы даже не способны распознать. У нас задача — что-то свое сразу сказать. Это и есть состояние непустого сосуда. Это как игра в теннис. Бог говорит, вот тебе благословения. А мы отбиваем это, как мячик. Наша задача — в ответ что-то сказать, себя проявить, выразить себя. А что мы можем выразить? Только свою карму. Ничего другого. Эту бы карму чуть-чуть притормозить, остаться открытым, позволить благословению войти и соединиться с ним. Чтобы оно и карму трансформировало, и пробудило благословение. Тогда будет правильная самоотдача.

Когда же контроль чувств возрастает, чистота чувств возрастает, мы уже не отбиваем благословения Бога, мы не хотим себя выражать без Бога. У нас уже не стоит такая задача. Мы открыты, восприимчивы к благословению Гуру, к словам Гуру, к благословению ишта-деваты, к тонким посланиям ишта-деваты, к благословению Бога. Мы их способны улавливать, как очень тонкий духовный ветер, который входит в нас и открывает внутренние божества и самые лучшие качества. Нам уже не хочется как-то их отбивать в ответ, играть в этот теннис с Богом. Нам уже не хочется выражаться, нам не хочется проявлять свою карму. Хоть и карма еще остается, но мы расходуем и проявляем эту карму только подчиненную, только в служении Богу, только в духе соединения с Богом, только в духе самоотдачи. Тогда эта карма не становится нашей проблемой, она становится нашими украшениями, игрой Бога внутри нас. И преображается в благословение. В этом секрет самоотдачи.

Но если вы, например, возьмете человека со стороны, мирского человека, вы увидите, как ум его играет в теннис. Самые лучшие предложения ваши будут отбиты. Вы придете к нему, скажете, вот Йога Васиштха, вот гуру Даттатрейя, вот садхагна. Он сразу же не примет это. Он скажет: это все религиозные сказки, это все неправильно, ты заблуждаешься. Даже духовный искатель, у которого нет этого понимания, начинающий духовный искатель, если он вас не воспринимает как авторитет, если у него нет приятия, обязательно скажет что-то в противовес вам. У него будет сильное желание выразиться, он не будет принимать вас. Это и есть такое «состояние стрелы». Только истинно духовный искатель или ученик Гуру в самайе является таким пустым сосудом, способным впитывать благословения. У него нет желания отбивать божественную милость, благословения, наставления, у него есть желание их понять, принять, впитать и с помощью них растворить свою карму.

Природа бхавы и путь к чистоте ума

Стхала жертвования внутренних состояний.

Как говорят те, кто познал истинное состояние Шивы, жертвование внутренних состояний, бхава, — это преданное посвящение Шиве всех состояний. Внутреннее состояние — это изменение ума. Посвящение Шиве переживания всех образов, хранящихся в сознании, — это жертвование внутренних состояний. Именно внутреннее ощущение, бхава, является причиной обусловленности и свободы всех существ.

Именно внутреннее ощущение, бхава, является причиной обусловленности и свободы всех существ.

Внутри нас есть бхава. Что такое бхава? Бхава — это энергия, исходящая из Атмана. Но в соответствии с кармой эта бхава может быть высокой или низкой. Она перерастает в эмоциональное состояние, разные уровни эмоциональных состояний. Низкая бхава является причиной связанности. Возвышенная бхава является причиной Освобождения.

В процессе самоотдачи мы отдаем нашу пониженную бхаву Богу и соединяемся с высокой, Брахма-бхавой Бога, тогда это называется Брахма-ахам-бхава. Сознание Ишвары, мироощущение Ишвары — во мне. Это и есть Брахма-ахам-бхава. «Мироощущение Ишвары во мне» означает, что я осознаю себя человеком, но и Богом одновременно, в очень возвышенном состоянии ума пребываю. Это и есть бхава-самадхи или сахаджа-самадхи.

Эмоции, клеши, омрачения больше не понижают мою бхаву, я всегда пребываю в возвышенной, величественной бхаве. Но без эго. Эго — лучший способ понизить бхаву, пребывать без эго — лучший способ повысить бхаву. Всякий раз, когда мы действуем в духе самоотдачи, мы повышаем бхаву. Если правильно действуем. Правильно — значит наша самоотдача направлена на Бога.

Когда внутреннее состояние чисто, это Освобождение. В противном случае — это блуждание в колесе перерождений, связанность.

Спектр божественных состояний

Что означает — внутреннее состояние чисто? Внутри нет ничего, кроме Брахма-ахам-бхавы. Самая главная бхава — это божественная бхава, которая может проявляться по-разному. Самые нижние уровни — это, например, вера, энтузиазм от поиска божественной истины. Затем счастье, радость, блаженство, восторг, экстаз, озарение божественной истиной, просветление божественной истиной. Это спектр еще не достигших Освобождения, но это очень высокий, возвышенный спектр, когда йогин буквально купается в различных божественных состояниях.

Эти божественные состояния присущи смешанным таттвам, чистым, нечистым. Высшие таттвы, пять высших чистых таттв, это различные уровни божественного величия. Пребывание в чистоте ума, когда ничего, кроме чистых бхав, в душе не остается. Тогда события, мысли, взаимоотношения, переживания, тонкие кармы не меняют главную, главенствующую бхаву в потоке сознания.

Например, вы как пребывали в Четырех Бесконечных, так и остались. Вы пребывали в Четырех Бесконечных в прошлом году, и в этом тоже пребываете в Четырех Бесконечных. Даже еще глубже. Пребывали восемнадцать лет назад в измерении Четырех Бесконечных или в измерении божественного величия, прошло восемнадцать лет с 2001 года, так и остались. Никакие мысли, жизненные перипетии, события не изменили бхаву, наоборот, бхава только углубляется.

Постоянная бхава — это признак садху, чей ум чист. Вы пребываете в такой бхаве в Индии, в Непале, на Бали, в любом месте. В Непале, например, были разные сложные вещи, землетрясение. Кроме землетрясения было еще множество факторов. Но если ваша бхава остается, то вы даже в сложных ситуациях можете пребывать в бхаве, это не просто. Наоборот, бывают приятные вещи разные, развлечения могут быть. Пляж, море, солнце, бананы, ананасы, красивая музыка. Ваша бхава не меняется ни в счастье, ни в страданиях, ни в нейтральных ситуациях. Это и есть чистота ума.

Это означает, что в вашем уме доминирует главная божественная бхава, с разными оттенками. Ничего, кроме божественных бхав, нет в уме — это чистота. Если вы встречаетесь с божественными существами, вы сразу же можете ощутить: их тонкое тело состоит из очень однонаправленной, концентрированной бхавы. Это либо бхава величия, либо бхава чистоты, либо бхава любви. Они словно сотканы из величия, сотканы из света любви, сотканы из света чистоты. Они очень отличаются от человеческих существ.

Человеческое тонкое тело — это как бы человеческое. А когда вы контактируете с тонким телом божества, — это свет и очень концентрированная бхава любви, очень концентрированная бхава величия, которую невозможно перепутать. Когда у вас медитация или сновидение, вы чувствуете, что вы прямо получили даршан, омовение получили, тонкое тело очистилось. Почему? При встрече с божественными существами судьба меняется, болезни исцеляются, потому что происходит мощнейшая передача бхавы, и сразу умонастроение меняется. Или люди веру принимают, Символ Веры принимают, бросают все, в монахи уходят. Одна встреча — сильнейший даршан бхавы. Все старые пути, все старые кармы, словно веером, очищены. Это чистота ума. Чистота ума божественных существ, сиддхов очень велика. Они пребывают в божественных бхавах, ничто их не выводит из равновесия.

Убеждение «я — Шива» и путь его формирования

Чистым внутренним состоянием называют убежденность «я — Шива». Но если человек убежден в обратном, в двойственности, как тут избежать страданий?

Если ты убежден, что ты — не Шива, как ты избежишь страданий? Каждый может подумать: так мы все не убеждены. Самоотдача есть, постепенное убеждение себя в этой бхаве. Невозможно убедить себя, просто пробормотав «Ахам Брахмасми», я есть Шива. Такое убеждение должно формироваться годами, непрерывно, из секунды в секунду, из минуты в минуту, из часа в час, изо дня в день, из недели в неделю, из года в год. Оно должно подкрепляться мантрой, санкальпой, ритуальными практиками, садханами созерцания и многими другими вещами.

Наш тонкий ум имеет другое укоренившееся убеждение, убеждение, что он — не Шива, основанное на прошлых жизнях, на прошлых кармах, и он эти убеждения постоянно генерирует. Также нам снаружи это постоянно говорят. Окружающая реальность. Убеждение «я есть Шива» надо постоянно питать, поддерживать, пока оно не перерастет в одну чистую пылающую бхаву. Эту бхаву нужно пестовать. В этом и заключается сущность естественной практики созерцания.

Мир как формы Шивы и путь к освобождению

Весь этот мир, движущийся и неподвижный, — это наслаждающийся, объект наслаждения и тот, кто направляет к наслаждению. Человек, который чувствует, что все это — формы Шивы, на самом деле становится Шивой. Йогин чувствует, что мир — это обман, и всегда помнит Шиву, Бытие — Сат, Блаженство — Ананда, и Сознание — Чит, находящихся за пределами мира. Как же йогин может оказаться связанным? Все действия — поклонение господу Шамбху, все слова — гимны в Его честь. Когда человек ощущает это, как может карма связать его? Все радости, горести, которые испытываются благодаря действию органов чувств, — порождение кармы. Йогин, который посвящает все чувства Шиве, становится освобожденным при жизни.