Когда мы слушаем, присутствуем на сатсанге, важно настраиваться. Если вы придете со спутанным, сбитым с толку умом, сбитыми пранами, возбужденными мыслями, сатсанг не получится. Потому что это обоюдный процесс. Не все от учителя зависит, многое зависит от ученика, того, кто слушает. Слушатель не может получить сатсанг, ученик может получить сатсанг, преданный ученик может получить сатсанг, слушатель – нет. Он останется всегда слушателем. Чтобы получить сатсанг, надо распахнуть свое сердце, оставить эго, успокоить ум.
Это подобно тому, что вы сидите в аэропорту и от того, куда вы полетите, зависит ваше будущее. Вам говорят какую-то важную информацию, как вы ее поймете, оцените, зависит, куда вы полетите дальше. Жизнь – это большой-большой аэропорт, протяженностью восемьдесят лет. Нам надо куда-то лететь. Но мы слишком сбиты с толку, чтобы понять, куда же лететь, а некоторые говорят, что никуда не надо лететь. Некоторые говорят, что аэропорт – красивое здание, надо здесь получше устроиться. Но закон природы таков, что мы не можем жить в аэропорту, жизнь – это аэропорт, постоянное движение, смены. Никто в этом аэропорту не может оставаться постоянно, нам надо выбрать маршрут, куда лететь и что делать. Каким способом, сколько это стоит, сможем мы это оплатить? От того, насколько мы поймем, что говорится на сатсанге, зависит, примем мы правильное решение или нет.
Препятствия на пути понимания
Такая сонастроенность, распахнутость всегда очень важна. Сонастроенности мешает ум, накопленный опыт, старые мирские представления, нечистое видение, эго, это все ахамкара, эго. Ахамкара нам часто мешает. Она нам помогает решать задачи этой жизни, а в духовной жизни она очень хорошо мешает. Мешает внутри настроиться на Атмана, вовне мешает понять сатсанг, понять упадешу, наставление, построить правильные взаимоотношения с духовным учителем, с духовными братьями. Она постоянно вмешивается и вносит свой накопленный опыт, старая память, впечатления, оценки, суждения.
Но с ахамкарой можно справиться, это хоть и сильный зверь, его называют самым большим злым духом, с ней можно справиться, если открыть состояние за пределами мыслей, за пределами ума, если научиться постоянно созерцать за пределами мыслей.
Созерцание за пределами мыслей
Такое созерцание называют неумственным, аманаска. Для того чтобы понять созерцание за пределами мыслей, о котором часто Бабаджи говорит, нужна вивека и с помощью вивеки научиться отделять себя. Мы – это не наши мысли, мы – это не наша память. Манас, читта, ахамкара – все это не мы. Ум, память, эго. С помощью различающей мудрости, вивеки, постоянно отделять себя от этого.
Когда мы начинаем отделять от себя, само собой возникает свидетельствующее осознавание. Внутренний сакши, свидетель, всегда присутствует, но мы его часто не слышим. Но когда мы обращаем на него внимание, он начинает расцветать. Чтобы войти в состояние свидетеля, достаточно иногда одной секунды, и вы уже в нем находитесь, но чтобы утвердиться в нем, нужна тапасья, не внешняя, а внутренняя, и нужно многое отбросить, потому что то, что мы не отбросили, всегда постоянно будет нам мешать.
Нужно выйти за пределы, за пределы всех понятий, слов, памяти, религиозных представлений, обучения, образования, этики, культуры, языка. Но когда мы пытаемся это сделать, мы видим, что мы очень скованы, скованы своей памятью, воспоминаниями, представлениями и опытом. Мы очень сильно привязаны к ним, и у нас уже много готовых стереотипных оценок. Мы выносим оценки, думаем и очень сильно верим в их правильность, в истинность. Это на самом деле просто воспоминания и опыт.
Как карма определяет восприятие
На самом деле каждое живое существо думает, что оно думает правильно, что его опыт правильный. Преты, алчные духи думают, что их опыт правильный. Например, прет думает, что все в мире плохо, все люди плохие, жадные, никто ничего не дает. Он живет в таком мире. Что все будет неуспешным, за что бы он ни взялся, его опыт такой. Он очень долго его накапливал. Когда ты говоришь существу с кармой и видением прета, что все будет хорошо, все будет здорово, его опыт говорит обратное, и он верит в это.
Асур верит, что все вокруг враги, что все вокруг строят заговоры, соперники, что все так и норовят подпилить ножку стула, на котором он сидит. Это сознание асура. Он верит, что все вокруг плетут интриги и заговоры против него, ему постоянно строят козни. Когда вы пытаетесь разубедить асура, он думает: «Это неспроста, наверняка он пытается усыпить мою бдительность». Когда вы пытаетесь построить дружелюбные отношения с асуром, он думает: «Сейчас он улыбается, а потом нанесет удар». Каждое ваше действие он будет истолковывать с позиции асура. Это его память, его опыт тысяч лет, может быть, говорят об этом. Это двумя часами беседы не перебить. Пока он не исчерпает всю карму асура, все карма-бхала не исчерпаются (эти тысячи лет), он будет думать так и оценивать так.
Существо с кармой тупости и неведения будет тоже очень ограничено своим опытом. Его опыт будет говорить, что жизнь – это есть, спать, развлекаться, совокупляться, что это и есть смысл жизни, что это и есть жизнь. Сколько бы вы ни пытались говорить, это будет бесполезно. Например, если кто-то пробовал кошке читать священные тексты, это примерно то же самое. Это большой накопленный опыт.
Девата, живущий в мире сансары, будет привязан к своему опыту, и опыт будет говорить, что мир – это наслаждение, счастье, развлечения, удовольствия, это танец, игра. И он будет привязан к такому воззрению, если это сансарный девата. Девата – это получение радости и удовольствий, развитие разных сиддхи, способностей. Если вы попытаетесь дать ему учение более высокое, о пустоте, недвойственности, он это не воспримет, потому что его опыт будет говорить обратное.
Таким образом, каждое существо будет схвачено своим опытом, его самскары будут определять его будущее. Если есть прошлое, то будет и будущее. Каждый создает свое будущее, исходя из прошлого.
Освобождение через разрушение самскар
Освобождение означает, что мы пытаемся рассеять, разрушить эти самскары, это прошлое. У каждого это прошлое свое, и оно называется карма. Этот процесс начинается с того, что мы много слушаем об этом, нужно много послушать в состоянии восприимчивости, веры, доверия, открытости, чтобы запустить аналитический процесс. Если аналитический процесс не начинается, мы ничего не сможем сделать. Мы должны подумать, как же это применить в своей жизни и какие выводы из этого сделать.
Такой первый процесс называется шравана, слушание. Нам надо много слушать о дхарме, об истине, потому что большая работа должна быть сделана. Если мы много не послушаем, мы не сделаем правильных выводов. Процесс слушания – это шравана, это было принято в общине Будды. Многие достигали Просветления, постоянно слушая проповеди Будды. Но если мы слушаем какие-то другие вещи, и они нас впечатляют, за счет этого нельзя достичь Просветления. Например, мы слушаем, что нам говорят соседи, что говорят новости, мы слушаем тысячи разных вещей, что говорит нам наш ум. Такая шравана, такое слушание не освободит нас.
На пути нидидхьясаны нужно заручиться двумя друзьями: первый – это внимательность, а второй – это бдительность. Когда внимательность и бдительность сочетаются, это называется авадхана, состояние готовности, аллертности, бдительное осознавание, подобное тигру, готовому к прыжку.
Внимательность контролирует ваше внимание, куда оно направлено. Например, если вы практикуете Атма-вичару, ваша внимательность должна сосредотачиваться на чувстве «я», если вы практикуете божественную гордость, внимательность должна сосредотачиваться на дивья-бхаве. Если Шамбхави-мудра, то внимательность на пространстве, и никуда больше. Если вы приняли санкальпу практиковать садхану Атма-вичары год, вы должны забыть про все виды садханы, и практиковать только Атма-вичару, и забыть вообще про все остальное, тогда будет нидидхьясана.
А бдительность проверяет вашу внимательность, удерживается ли она на объекте концентрации или нет. Все это учение нидидхьясаны, данное различными великими святыми и описанное в текстах.
Суть ведической традиции
Эти три процесса: шравана, манана, нидидхьясана – это суть духовной садханы в любой ведической традиции, не только Лайя-йоги. Если вы будете держаться этих принципов: шраваны, мананы и нидидхьясаны, то есть слушать, получать передачи, осмысливать и переводить в нонстоп-садхану, в двадцатичетырехчасовую садхану осознавания, вы реализуете самую сущность ведической духовной традиции риши, сиддхов.
Постепенно все вопросы уйдут у вас, все размышления уйдут, будет только нидидхьясана. Если будут вопросы к учителю, то только, как ее углубить, есть ли методы, какие есть заблуждения и препятствия. Все остальное уйдет. Человек, проделавший манану, ни о чем не спрашивает. Он все понимает, все знает, ему ничего не надо рассказывать. Ему надо только рассказывать, как углубить, как еще углубить, как не отвлекаться, как удерживать, как удерживать в трудных ситуациях, как соединять с различными переживаниями.
Все остальные вопросы от ума уже не волнуют ваше сердце, потому что состояние вне концепций, вне ума прекращает любой поиск, прекращает любые вопросы. Вопросы религии, философии, культуры хороши только до тех пор, пока манана не прояснена, философия, структурирование. Когда открыто состояние аманаска, и вы практикуете нидидхьясану, все это детский этап, он уже пройден. Но очень важным остается по-прежнему вопрос углубления.
Тогда мы понимаем драгоценность дхармы. Один совет духовного учителя, одна упадеша может вам сэкономить десять лет практики, двадцать лет практики, сто лет практики. В этом драгоценность Учения.
