Комментарий к тексту «Маркандея-пураны». Продолжение истории об Аларке
«Демон Паталакету был очень обеспокоен: «Когда-нибудь, если не сегодня, Рутудваджа разыщет меня и убьет. Сейчас, пока принц один в моем городе, подходящий момент сразиться с ним при поддержке многочисленной армии». Поэтому он планировал окружить Рутудваджу и схватить его. Демонический ум заставил его действовать таким образом, потому что его оружие – коварство и предательство. Так как Паталакету не мог сражаться сам из-за тяжелого ранения, он позвал своего брата Талакету, и армии обоих братьев с ликованием отправились на бой с Рутудваджей. Суматоха, которую слышал принц Рутудваджа, была вызвана прибытием армии. Когда Рутудваджа увидел армии, его энтузиазм удвоился. Он заверил свою жену Мадаласу, что нет причины для страха, и попросил ее остаться на коне. Натянув лук, он верхом поехал к армиям и выпустил в них так много стрел, что в одно мгновение они были уничтожены».
В традиционной ведической армии существовали различные роды войск: конники, пешие воины, боевые слоны, лучники, а также существовало особое подразделение, называемое махаратхи (типа ведического спецназа). Махаратхи, великие воины, отличались от обычных воинов тем, что могли сражаться не одним видом оружия, а несколькими, и каждый из них стоил нескольких десятков других воинов. Например, Арджуна относился к махаратхам.
Махаратха мог сражаться магическим оружием: стрелы, управляемые мантрами, мечи, на которые накладывались заклинания с помощью благословляющих мантр, данных риши. Тогда люди не считали магию волшебством, она была частью жизни, примерно тем же, что сейчас информационные технологии. Но настоящие специалисты, как обычно, всегда были очень редки, и махаратхи были специалистами по заклинанию оружия. Это описывается в «Дханурведе». Рутудваджа тоже был таким махаратхой. При необходимости такие махаратхи могли привести в действие даже потрясающее магическое оружие, такое как брахма-ширас (голова Брахмы), брахма-астра, оружие Индры, оружие бога ветра, и вызвать вплоть до катаклизма (уровня ядерного взрыва) на Земле силой знания мантр, заклинаний и определенных ритуалов, в которые их посвящали учителя, обучающие их с детства. Некоторые из них добивались таких посвящений, выполняя тапас и получая даршаны от богов. Махаратхи не ставили целью добиваться эгоистичных целей в сражениях, для них это было служением дхарме кшатриев по защите справедливости и защите дхармы богов.
«Мадаласа с огромным удивлением наблюдала доблесть, мастерство в стрельбе из лука и боевую технику своего мужа. «Какое искусство в этом нежном и красивом теле!» – думала она. Демонические силы отступили, пораженные. Демонам казалось, будто бог смерти принял человеческую форму. После разгона и уничтожения армии Рутудваджа преследовал Паталакету, без усилия убил его и серьезно ранил Талакету. Но Рутудваджа оставил ему жизнь, так как тот был без сознания и безоружен».
Он оставил ему жизнь, потому что таковы правила ведического кодекса сражения среди кшатриев. Кшатрии придерживались довольно жесткого морального кодекса воина в то время, и согласно этому кодексу нельзя было убить спящего, безоружного, того, кто не желает сражаться и принял милость победителя. Часто кшатрии, сражаясь на поле битвы, после самой битвы встречались за одним столом, пили чай и обсуждали военные подвиги, чтобы на следующий день снова встретиться. У них не было ни гнева, ни ненависти, они просто следовали своей дхарме, ничего личного. Это для них было чем-то вроде военного ритуала, где они были готовы даже поднести свою жизнь.
Рутудваджа, следуя кодексу чести кшатриев, не убил этого демона, потому что для него это было бы аморально.
Возвращение домой и духовное пробуждение
«Остатки армии бежали с поля боя. Рутудваджа со своей женой на коне Кувалая достиг своей страны, где принца и его любимую жену ожидал роскошный прием в воротах дворца. Царь Шатруджит услышал новости о свадьбе своего сына и горячо желал увидеть и принять свою невестку. Прекрасную Мадаласу нежно приняла вся семья и ей был оказан великолепный радушный прием. Все царство радовалось этому событию. Слава и популярность Рутудваджи, которого теперь называли Кувалаяшва, безмерно возросли. Живя как будто в отдельном мирке, Мадаласа и Рутудваджа погрузились в мирские наслаждения, которые были бесподобны во всех отношениях. Однако постепенно Рутудваджа потерял интерес к наслаждениям мира и к развлечениям с друзьями. Вместо этого принц выполнял свои дхармические обязанности».
Придя сюда, вы должны так же, как Рутудваджа, потерять интерес к наслаждениям мира. Потерять интерес – это не значит, что у вас пропал аппетит и вы в депрессии, вовсе нет, хотя многие начинают с этого. Я бы сказал иначе – надо потерять интерес в сущности к восприятию этого мира, к эгоистичному самовыражению, к переживанию любых желаний вне осознанности, к любым планам и целям вне самоосвобождения и осознанности. Только тогда вы по-настоящему можете делать служение и заниматься духовной практикой.
Я всем говорю, что статус послушника – это следующий статус после того, как вы стали великим царем (чакравартином), президентом или еще кем-либо, после того, как вы все это прошли и все это надо уже оставить. Как правило, по умолчанию предполагается, что, приходя в монастырь и обривая голову, вы все это осознанно, тщательно обдумав и по своей воле, решили оставить на всю жизнь. И очень важно обдумать свой выбор не единожды, а много раз, чтобы потом не кусать локти, думая: «О, что же я оставил!» Только после этого вы сможете продвигаться дальше. Если вам не удалось что-то оставить и у вас еще есть какая-то надежда на внешний успех, внешнюю славу, внешние взаимоотношения, проявления, то всегда будут компромиссы. Это вопрос ни медитации, ни самадхи, ни мистических опытов, это вопрос ценностного выбора. На уровне самого тонкого контура сознания, психики, высших контуров тонких тел должна быть выставлена галочка – «оставлен этот мир». Если вы сделали это, ваш духовный путь будет без препятствий. Даже если желания, ум или эго будут беспокоить вас, вы никогда не будете в замешательстве на уровне ценностей, потому что ваши смыслы и ваши ценности совпадают. Это очень серьезный выбор, который определяет все наше будущее.
И считается, что не должен уходить в монахи тот, кто еще не получил уроки сансары, кто чувствует, что его душа еще молодая, что она еще не насладилась семейной жизнью, сексуальными отношениями, воспитанием детей, богатством, властью, славой, почетом, мирским успехом. Человек действительно должен понять, что он устал от всего этого и не желает этим заниматься в мирских смыслах и целях, только тогда он имеет право на монашество.
Это очень серьезный выбор, поскольку если мы эти кармы игнорируем и на уровне ценностей у нас остались некие цепляния, то эти кармы никуда не деваются и разворачиваются в монастырской мандале. Но монастырская мандала для этого непригодна, здесь этого нет. Как бы вы ни просили, вам скажут: «О чем ты вообще? Здесь такого нет». Никто не будет удовлетворять ваши чувства и желания привязанности, мирской любви, богатства, славы, власти, почета и всего того, что есть в мирской жизни. Монастырь не в состоянии дать вам это. Вам скажут: «Есть распорядок, есть махашанти, есть освобождение как цель и ничего другого. Все остальное только ради этого». Много раз нам приходится осознавать и переосмысливать свою цель. И пока ты не начнешь искать все только внутри, пока не начнешь переводить внутрь любые цели, мотивации, действия – все бессмысленно. Бессмысленность всех устремлений мирской жизни должна быть познана.
Например, человек говорит: «Я хочу что-то сделать в миру». А гуру ему отвечает: «Мир – это иллюзия. О чем ты говоришь? Ты должен понять это. И это не просто слова, ты должен это сделать смыслом своей жизни. Ты должен понять, кто ты сам. А если ты сам не знаешь, кто ты есть, если ты не знаешь, что мир – это иллюзия, то что ты можешь в мире сделать?»
Очень важно понять, что, то, о чем говорит Васиштха, – это правда, и принять это как руководство к действию всем сердцем. В противном случае ум снова выйдет и навяжет нам что-то: «А я хочу вот это, а я хотел бы вот так». Но в этом случае священные тексты говорят: «Пока ты не знаешь природу Ума, это все бессмысленно. Все это кармические действия, ведущие к новым рождениям».
Я скажу, что если душа незрелая и неготовая, она начинает скорбеть об этом, и такая глобальная скорбь вселенского порядка – это совсем нелегко и непросто. Этот период, когда душа испытывает скорбь, называется «каменистая пустыня» или «лунная ночь души», когда милость Абсолюта еще не коснулась, вера слаба, а мирское больше не вдохновляет. И человек на этой стадии очень уязвим и не уверен в себе. Поэтому старшие практикующие должны помогать ему и поддерживать. Сам он должен получить вдохновение, читая жизнеописания святых, которые вступили на путь освобождения. Он должен пройти этот период «каменистой пустыни» как можно быстрее, глядя на тех, кто ее уже прошел, перенимать их видение.
Поэтому я часто говорю – внимательно общайтесь, перенимайте видение старших монахов, попытайтесь понять их точку зрения, попытайтесь войти в то видение, в котором они находятся. И хотя они еще люди, и у них есть различные качества (и хорошие, и недостатки), тем не менее они идут в более передовом видении. Если вам удастся это сделать и сравняться по уровню сознания, вы тоже сделаете скачок в духовной практике. Всегда равняйтесь на тех, кто выше, кто лучше вас и никогда не ищите друзей, которые находятся в таком же упадочном состоянии, если у вас упадочное состояние. В период духовного упадка надо искать тех, у кого сознание более передовое и более высокое. Потому что если вы общаетесь с тем, у кого тоже духовный упадок, то вы получите упадок в квадрате, вы вовсе не вдохновите друг друга. Если у вас невежество и вы общаетесь с человеком, который невежественен, то от такого общения будет невежество в квадрате, двойная майя. Поэтому правильное общение среди практикующих – это не горизонтальное общение, а вертикальное, с более высокими и продвинутыми душами, с теми, кто более осознан.
Если вам удастся пройти стадию «каменистой пустыни», «темной ночи души», то дальше ваш путь будет радостным и гладким.
Рутудваджа тоже находился в состоянии подобного замешательства.
Встреча с великим мудрецом
«Царь Шатруджит, который верил, что в результате служения старцам, мудрецам и святым будут возрастать заслуги, возложил на своего сына Кувалаяшву обязанность посещения ашрамов известных аскетов и мудрецов, и поощрял его в регулярном соблюдении этого обычая с таким энтузиазмом, что это стало привычным для принца.
Однажды принц проезжал около берегов реки Ямуны в поисках жилищ великих святых, сопровождаемый всего несколькими друзьями. После долгого пути он увидел странный, незнакомый ашрам. Большой сад был полон деревьев с различными видами плодов и необычайных цветов. Он поражал огромным количеством лиан, цветов и животных. Это был очень приятный и необычный сад.
«Кто может быть владельцем этого изумительного места? Он должен быть большим любителем цветов. Из какого мира он принес эти вьющиеся розы, которых нельзя увидеть даже в царском саду?» – думал принц.
Чем дальше он шел, тем более таинственным становился этот сад. Различные животные бродили там, тем не менее казалось, будто животные работали для этого мудреца. Одни животные прибирались и подметали, другие – собирали зерна, почти как люди, птицы очищали плоды или пели, а другие поддерживали их ритм. Павлины танцевали под музыку, а лебеди качали своими шеями. Некоторые птицы вращали своими глазами в соответствии с мелодиями, в то время как тигры пристально глядели, открыв пасти. То и дело принц наталкивался на новый сюрприз. «Это таинственное место должно быть результатом великого аскетизма», – думал он.
Он и его спутники страстно желали увидеть великого мудреца, и когда они прошли дальше, там показалась крошечная хижина отшельника. Мудрец приветствовал их с улыбкой и большой любовью. Несколько цветов прилетели к входу и сложились в радужную строку, в которой читалось: «Добро пожаловать, царь Рутудваджа». Изумленный этим, Кувалаяшва поклонился мудрецу и спросил: «Бхагаван, нет ли помехи твоей аскезе?» «Сын мой, чего нам еще желать, когда подобный тебе герой охраняет нас, словно в тысячу глаз?»
О препятствиях в духовной практике
Когда мы ведем духовную садхану, мы не подозреваем, что есть такая вещь как помехи, препятствия. Однако садхана означает проникновение в тонкие тела, в ту область, в которой дуют кармические ветры. И в процессе практики могут возникать различные помехи. Христиане это называют «скорби», «искушения бесов». Если йогин неопытный, он сильно смущается, когда такие помехи приходят. Если его ум воодушевлен, помех нет, он медитирует, видит свет, слышит слова гуру и переживает блаженство, то он обладает сильной верой и очень рад вести духовную практику. Но если меняется расположение планет, то видьи оставляют тонкое тело, боги оставляют тонкое тело, а приходят грахи (захватчики), невидимо и неслышимо внедряются в тонкое тело, захватывают его и вводят в другие астральные потоки, ограничивающие. И тогда йогин внезапно теряет вдохновение, веру, решимость и чувствует, что исчезают медитативные опыты, что у него много нереализованных желаний. Это время скорбей, или время уязвимости к искушению бесами.
Если йогин неопытный, он может совершить духовное падение. Если же йогин опытный, он смотрит на это очень спокойно: как на смену зимы и лета, дня и ночи. Почему он может смотреть на это спокойно? Потому что он утвердился в более тонкой осознанности, он как бы отделил себя от переживаний, он наблюдатель своих состояний, но не переживатель. То есть его грубые тела переживают, но его сущностное «Я» отделено и просто наблюдает. Он не переживатель, а наблюдатель. В этом состоянии осознанного наблюдения он укоренился и видит, что ни грахи, ни бесы, ни демоны, ни ракшасы не могут этого наблюдателя поколебать или сбить с ног. Такой йогин по-настоящему обретает зрелость.
Можно жить так, чтобы препятствий почти не было, а можно своими неправильными действиями их увеличивать. Чтобы не было препятствий, надо быть очень тщательным в соблюдении самаи, не позволять возникать нечистым мыслям в отношении братьев и сестер по дхарме, особенно тех, кто выше вас, а если такие мысли возникают, то вовремя, без напоминаний очищать их.
Гигиена сознания, очищение мыслей, упражнение в чистом видении и едином «вкусе» должно стать такой же обязательной частью жизни, как умывание по утрам. Когда мы практикуем чистое видение, даже препятствия бессильны что-либо сделать нам, ведь даже сами препятствия становятся благословениями. Применяя такие противоядия, йогин обретает по-настоящему большую духовную силу, а когда она соединяется с воззрением и поддержанием осознанности, он просто становится неуязвимым, он подобен духовному махаратхе. Ни скорби, ни демоны, ни внутренние бесы не могут больше поколебать его ум. И тогда зарождается настоящая вера.
О природе веры
Веры никогда много не бывает, и вначале наш канал веры (шраддха-вахини) очень слабый. Вера – это связь с Атманом, с высшими тонкими телами, которые суть есть Брахман. И когда ум разъединен с высшими тонкими телами, то веры нет, а есть только логика, немного интуиции и, может быть, осознанность.
По мере практики, когда мы слушаем учение святых, практикуем гуру-йогу, размышляем, смотрим на тех, кто имеет более сильную веру, наш канал веры усиливается. Ментальное тело и понятийный ум устанавливают такой канал связи с высшими тонкими телами: с буддхи и Атманом. Задача йогина – в процессе духовной жизни не ослаблять веру, а напротив, укреплять, то есть вера должна расти ежедневно. Как растут мышцы у хорошего спортсмена, так же у монаха должна расти вера. Как растет мастерство у борца, также у монаха должно расти мастерство держать веру и углублять ее. Как ежедневно растут навыки у того, кто работает с компьютерными программами, так же постоянно должно расти и умение монаха пребывать в состоянии веры.
Никогда не следует связывать веру с внешними действиями. Например, вы смотрите на другого человека и внезапно ваша вера слабеет. Если другой является причиной ослабления вашей веры, то я могу точно сказать, что у вас ее еще нет, потому что вера не должна зависеть от других людей и от внешних объектов. Это внутреннее состояние.
Что помогает взрастить веру? Крепкая самая и чистое видение, которые вы применяете непрерывно.
Однажды Свами Рам пришел вместе со своим спутником в один ашрам. В этом ашраме жил бомжеватого вида садху. Спутник Свами Рама подозрительно смотрел на этого садху, а Свами Рам сказал:
– О, это точно великий святой! Лягу у его ног, получу благословение.
Этот садху ночью крутился во сне, бормотал и периодически пинал его ногой в спящем состоянии. Спутник Свами Рамы сказал:
— Я уже не могу на это смотреть. Неужели ты не можешь лечь куда-нибудь в другое место? Он же тебя пинает постоянно, а сам он напоминает какого-то нищего, не обладающего никакими признаками святости.
Свами Рам очень удивился и искренне сказал:
— Как?! Это же сам Рама! И это его благословение! Как же я могу лишить себя таких благословений? Он мой гуру, и я получаю большие благословения.
И Свами Рам при этом просто сиял от счастья. А его спутник сказал:
— Я не понимаю тебя. Я никак не могу понять твою логику.
Свами Рам был святым, а его спутник — просто обычным человеком, поэтому он и не мог понять логику святого, который видит Раму в обычном нищем садху, пинающем его во сне, и видит благословение даже в этих пинках ногами. Но именно так простые мирские люди становятся святыми.
Когда есть такое беззаветное, детское, наивное и чистое видение всего, что не происходит, когда есть такое преданное и абсолютно открытое к получению даршана видение, то будьте уверены, что вы будете благословлены самими богами! Вы при жизни будете ходить по небесам ногами своего физического тела! Надо безжалостно усмирять ум, который сомневается и падает в двойственность, выискивает недостатки, надо его безжалостно хватать и отодвигать в сторону, чтобы он не мешал даршану проникать в вас!
Если бы Свами Рам думал так же, как тот человек, конечно, он бы никогда не получал таких благословений. Но чистое видение выше ума, и когда мы безжалостно отодвигаем этот ум и открываемся даршану, на вас просто нахлынет поток благодати, вы его будете получать от всего: от старшего монаха, от гуру, от младшего монаха, от послушника, от мирянина, даже от бегающей кошки или собаки. Этот даршан существует изначально, и только наш ум мешает открываться ему. Мы слишком верим в свои оценки и суждения, мы думаем, что понимаем, как устроена вселенная, в чем суть жизни, мы слишком доверяем оценкам ума. Оценкам ума можно доверять, когда готовишь прасад и надо вычислить, сколько чего бросить в кастрюлю. Но в духовной жизни оценкам ума не слишком надо доверять, надо отставлять их.
«Господин, это нам необходима твоя милость, — ответил принц. — У тебя в изобилии есть благословения. Разве не можем мы взаимно сотрудничать друг с другом?»
«Такова дхарма, — сказал мудрец. — И твоя родословная подходит для этого. Так как я чувствую, что твое великодушие идет от сердца, я отваживаюсь попросить», — добавил он.
«Бхагаван, я в твоем распоряжении. Господин, разве не обязан царь обеспечить тебя всем, в чем ты нуждаешься?» — ответил принц.
«Долгое время я хотел принести жертвоприношение. Жертвоприношение само по себе — малая жертва, ведь кроме того, жрецам следует раздать множество даров. Где же нам, живущим в лесу, взять золото? Так как я не хотел растратить силу своего покаяния, я прекратил совершение ритуала. Но сейчас я чувствую волю Господа в том, чтобы обратиться к тебе с просьбой», — сказал мудрец.
Видение воли Абсолюта в обыденных вещах
Вера означает, что мы смотрим на мир другими глазами, нежели обыденный взор, когда мы видим волю Абсолюта, волю Бога даже в обыденных вещах.
Например, вам кто-то сказал обидные слова, а ум и эго по привычке отреагировали в ответ закрытостью, подсознательным гневом или даже агрессией, желанием сказать такие же слова. Но ведь можно совершенно по-другому отнестись к ситуации, посмотреть, что эти слова есть воля Абсолюта, которая именно в этот момент и в данном случае происходит с вами. Очевидно, Абсолют хочет достучаться до вас, что-то сообщить вам, послать какой-то сигнал. Он просто хочет сказать о каких-то наших ограничениях, и наша задача — просто правильно расшифровать этот сигнал. И если мы его правильно расшифровываем, то эти ограничения прямо на месте исчезают и мы испытываем ни с чем несравнимое прояснение нашего состояния, какой-то кармический пласт отпадает. А если мы не можем этот сигнал распознать, определяем его как нечистый, блокируемся, тогда наши ограничения остаются, мы ничего не выигрываем из этого.
Однажды, когда Свами Рам путешествовал в поезде с другим садху, контролер попросил их предъявить билеты. Они сказали:
— У нас нет билетов, мы же садху.
Контролер сказал:
— Тогда вы должны выйти из поезда.
Когда они вышли, они сели на вокзале. Контролер, который их высадил, тоже вышел, а затем решил показать свою власть над ними и сказал так:
— А теперь сядьте сюда. Сидите здесь, если хотите находиться на вокзале.
Садху встали и послушно пересели. Через некоторое время контролер сказал:
— А теперь идите и садитесь сюда.
Они снова встали и пересели. Потом он опять потребовал, чтобы они пересели. Они снова встали и пересели. И так они вставали и пересаживались несколько раз. Спутник Свами Рама был вне себя от ярости и очень сильно возмущался, а Свами Рам радостно, как ребенок, сел на одно место, на другое, на третье. Этот контролер ушел, а спутник начал говорить:
— Что мы садимся туда-сюда? Он просто издевается над нами!
Свами Рам говорит:
— Ты ничего не понял. Ты долго сидел и в поезде, наши ноги затекли, а Господь заботится о том, чтобы мы размялись. Как же милостив Рама!
Чистое видение означает, что вы способны увидеть заботу Абсолюта даже в том, что кажется негативным, увидеть милость даже в том, что не кажется милостью. Как только вы умеете это делать, вы просто понимаете, что вокруг вас неисчерпаемый, бушующий океан милости, что вы были просто слепы и не умели ее получать. Это волшебный секрет, которым владеют все святые.
«Почтенный мудрец, почему ты так нерешителен? Пожалуйста, начни ритуал, а ответственность за дары оставь мне».
«О царь, достаточно, если ты дашь мне ожерелье из драгоценностей, которые носишь на шее».
Это ожерелье было подарено ему Мадаласой, и он носил его с большой любовью и радостью. Тем не менее Рутудваджа немедленно снял это драгоценное ожерелье, положил в руки мудреца и поклонился ему.
Мудрец надел ожерелье и благословил принца такими словами: «Да будет тебе благо! Живи долго!»
