Продолжаем изучать учение ануттара-тантры, лайя-йоги, три золотых правила, принцип манана. Мы должны устранить все неясности, все сомнения в отношении природы Ума с тем, чтобы всю жизнь пребывать в нидидхьясане. Манана является мостом к нидидхьясане. Нидидхьясана — это итог целой жизни полной борьбы, тапаса, тренировок, усмирения ума. Нидидхьясана — это своего рода новая жизнь, это и определенное достижение, определённые врата в новое измерение, в жизнь в Брахмане. Манана — это постоянное прояснение, углубление в понимание.
Часто бывает так, что мы достаточно слушали, достаточно читали и шравана пройдена. Есть очень много людей, которые слышали много сатсангов и разных учителей адвайты, мастеров, читали множество текстов, но они так и не обрели веры. С ними так и ничего не произошло, просветление с ними не случилось, они не обрели никакой природы Ума, они не перешли к нидидхьясане и прошла жизнь, и они задумываются: «Я всю жизнь провел в этом, почему?». Потом приходит к Гуру, спрашивает: «Почему?».
Например, были последователи Кришнамурти, слушали Кришнамурти. Он очень много им говорил об обнаженном осознавании и о внутреннем «я», о свободе авторитетов, много чего. Особенно он говорил, что не надо становиться санньяси, потому что это ограничения, природа Ума не требует никаких статусов, обетов, практик, оранжевой одежды. Поэтому Бхагаван Шри Раджниш, который в то время где-то рядом с ним проповедовал, периодически посылал к нему своих санньяси посидеть на первых рядах. Когда он видел их в первых рядах, у него что-то там реагировало и весь сатсанг шел в сторону этих санньяси. Но люди, которые слушали Кришнамурти двадцать лет, они приходили, затем спрашивали: «Почему я не достиг пробуждения? Почему я не стал, таким как Кришнамурти?» — что-то не сработало.
Я, как духовный Учитель, оцениваю для себя разных учителей, мастеров, как они проповедуют, каковы их ученики, каковы их системы практики, линии передачи. И глядя на учеников Кришнамурти, я понял, что им была дана передача воззрения. Представьте, что если вам передавать одно воззрение двадцать лет, но никаких методов, никаких ритритов, никаких практик созерцания, никакой упасаны, никакой самодисциплины, как вы бы смогли? Легко ли вам было, вот ничего другого не знать, только воззрение? «Все есть Брахман, надо отбросить все» — и так далее двадцать лет.
В этом ценность Гурупарампары, в этом ценность линии передачи, в этом ценность глубинных учений, при всем уважении к Кришнамурти. Кришнамурти был великий мастер. Воззрение, но получить передачу только от воззрения и достичь пробуждения могут только лишь такие как Шри Рамана, как Шанкара, как сам Кришнамурти. Надо обладать васанами соответствующими, надо уже выполнить множество садхан.
Вот этот мостик — это к нидидхьясане, к просветлению, манана, от шраваны (от получения воззрения) к нидидхьясане большой мост, который мы должны пройти, огромный Бруклинский мост. Мы должны пройти по этому мосту, мы должны все это осмыслить, пропустить через себя, устранить все сомнения и все неясности, тогда нидидхьясана придет. Нидидхьясана означает воззрение пропитало нас, пропитало наше сознание, и мы соприкоснулись глубинными структурами сознания, мы соприкоснулись с Брахманом, мы твердо уверились, и мы больше никогда не покинем эту природу. Это означает, что мы осознанно пребываем в Боге и больше не покинем эту природу, не ошибемся. Манана она проясняет все, отсекает все сомнения, всю неуверенность и утверждает уверенность.
«Растворить все видимое в уме» — означает понять, что все видимое реально не более чем сон, и спроецировано твоим сознанием так же, как во сне, спонтанно возникают образы людей и дворцов. Мир вовне — коллективная визуализация, мистический фокус, театральное шоу, спектакль, созданный силой наших умов, значит, явления не являются самосущими, а связаны с чувством «я».
Устранение сущностного неведения
«Не имея ни цвета, ни качеств, ни формы сияет лучезарная природа сознания — всевышнего Источника. Она есть ярчайший свет».
Шри Ади Шанкарачарья, «Десять шлок об Атмане»
«Сознание, помещенное в тело, наяву, в сновидениях и во сне без сновидений после страданий многих рождений вновь околдовывается иллюзией».
«Йога Кундалья Упанишада»
Учитель говорит: «О, ученик, пойми, что сознание непросветленного индивида находится в состоянии неведения относительно мира и себя. Живые существа заблуждаются, полагая мир объектов твердым и реальным, а себя в этом мире чем-то отдельным от объектов. На самом деле мир проявленных феноменов — только сознание, великий ум. Исконный свет — источник, причина бытия — это собственное сознание индивида в его исконной чистоте.
Чтобы понять эти слова, мы должны добраться духовно до этой точки. Есть категории людей, которые уже добрались духовно до этой точки, им понятны эти слова. Есть категории людей, которым предстоит добраться в ближайшие двенадцать лет. Есть категории людей, которые возможно доберутся до этой точки к концу жизни, и есть категории людей, которые никогда не доберутся в этой жизни к этой точке. Есть категория людей, которая не доберется к этой точке за всю кальпу, за все время существования этой вселенной. Разные категории людей, и эта категория людей, которая доберется, связана со способностью вивеки и вычленением сущностного наблюдающего осознавания и переходу к естественной осознанности.
Усмирение ума и панча-коша-вивека
Для этого мы должны проделать предварительную работу, именно эта работа называется усмирение ума (панча-коша-вивека). Если говорить в целом, усмирение ума и панча-коша-вивека — это родственные понятия, одно связано с другим.
Для начала усмирение ума заключается в усмирении всех пяти оболочек, поскольку пять оболочек творятся умом — все это разнообразные формы ума, то есть ум — это не только как инструмент (манас). В более широком толковании ум — это все пять оболочек, включая тело, почему, потому что тело сотворено тоже умом, тоже механизмом ума.
Итак, усмирение ума означает наше тело, энергии тела усмирены, наша привязанность к телу усмирена, привязанность к комфорту тела, привязанность к энергиям, желаниям тела, отождествление с телом. Наша привязанность — все время считать себя телом, фиксированная идея, шаблон о себе как о теле, опьяненность телесными энергиями — все это усмирено. Усмирить означает, что бы не происходило с телом, быть способным отрешиться, наблюдать, стать независимым наблюдателем. С телом могут происходить какие-то болезненные вещи, кроме этого, какие-то приятные ощущения могут быть, насыщение от еды допустим. С телом могут происходить какие-то неудобные вещи или наоборот комфортные вещи.
Вопрос: Ом, Гуруджи, скажите, я встречал в буддизме, в медитации випассане утверждение, что тело и есть ум в том смысле, что оно его носитель, то есть сначала идет ощущение, реагирование, затем это реагирование вызывает определенную мысль и это ощущение и является этой мыслью и эта мысль и является ощущением. Насколько это имеет место быть и можно ли на это как-то опираться в размышлениях?
Это имеет место быть в теории буддизма, но если вы не буддист, то слушайте то, что сейчас говорится, иначе вы никогда не услышите то, что говорится сейчас — вы будете сравнивать с тем, что где-то когда-то говорилось. Какой-нибудь буддист будет сидеть на моем сатсанге, потом будет на ритрите по випассане и говорить: «Лама, я слышал Гуру Свами Вишнудев говорил о внутреннем наблюдателе, осознавателе» — что Лама этот бедный должен ему сказать? Он скажет ему: «Сейчас випассана», — так я и говорю: «сейчас манана». Что говорят буддисты, им лучше знать, поскольку мы не буддисты, мы должны знать свое, буддисты должны знать свое. Каждый мастер знает свое, но не слишком погружается в другое, почему, потому что одна вселенная бесконечна, и другая не менее бесконечная, и вашей жизни не хватит, чтобы этой бесконечности даже миллиметр пройти.
Итак, усмирение тела означает, что мы не опьянены энергиями тела, мы отделяем себя от энергии тела, отделить себя от энергии тела, быть достаточно выносливым, терпеливым, аскетичным, упорным по отношению к контролю тела, не давать желаниям тела, не давать доминировать над своим умом, будь то боль, будь то вожделение, будь то голод и жажда, будь то любая телесная энергия, будь то блаженство в результате пранаямы, будь то неудобства — вы должны усмирить плоть.
Для этого аскеты древности умерщвляли буквально плоть. Умерщвлять плоть означает не кормить это тело, чтобы оно не беспокоило, или не давать ему много спать, держать его в ежовых рукавицах, не держать его в праздности — таков подход древних аскетов. Некоторые из них носили вериги (цепи), я некоторое время тоже носил в юности, но вам не советую.
Для чего? Для того чтобы освободиться от желаний тела, от зависимости, от привязанности к телу. Например, некоторые святые носили обувь — там гвоздь торчит, и не убирают этот гвоздь, и они постоянно наталкиваются на боль, и боль эта напоминает им постоянно о страданиях тела, они думают: «Да, страдания сансары реальны». Если ты ходишь несколько лет, у тебя гвоздь в ботинке, и ты его не вынимаешь и постоянно: «Да, страдания сансары. Обладать телом — это страдание. Не привязывайся к телу, источник страданий. Непостоянство». Сразу начинаешь размышлять хорошо о четырех осознанностях, ум сразу весь живот так воспринимает, расслабляется — это тапасья в отношении тела.
В ануттара-тантре отношение к телу немного другое. Тело почитается за божественное, оно источник энергии и божеств, поэтому его не следует как-то истязать, не корить и так далее, но тем не менее это не отменяет аскетизма в отношении тела.
В чем заключается этот аскетизм? Усмирять желания тела, наблюдать движения тела и не следовать за телом, превозмогать силой воли тело, побеждать тело, как сильный побеждает слабого, но при этом не измываться над ним, признавая его ценным инструментом. Есть традиция, когда буквально просто как тиран относится к телу, измывается: «Ах ты тело, я тебя покорю», — такой отшельник аскет и начинает покорять тело. «Болеешь? Да болей дальше. Хочешь есть — да вот сухарь съешь и все. Спать — вот час в день», — понятно, что бедное тело долго так не протянет. Он может покорить тело, но добьется ли он просветления? Просто воля тонкого тела победила волю грубого тела и тело сдалось, но когда оно сдастся, оно может просто сказать: «Ну теперь ты сам без меня», — так нельзя.
В ануттара-тантре и в учении йоги мы заботимся о теле, но правильно, покоряем его, но и заботимся. Это похоже на то, как вы взнуздали норовистую лошадь, но вы ее не убиваете, вы ее не держите изможденной и худой, вы на ней ездите, и она должна выглядеть хорошо эта лошадь.
Вопрос: Ом, Гуруджи, скажите, если оставить тело в таком состоянии аскетизма, то можно попасть в чистые земли?
Можно попасть, а можно не попасть. Это вопрос такой как лотерея, потому что сам факт развития воли и отрешения от тела не исчерпывает карму. Он исчерпывает телесную карму, но не исчерпывает множество других тонких карм. Больше условие попадания в чистые страны — это реализация определенной степени чистого видения, единого «вкуса», поэтому живите долго с тем, чтобы их реализовать.
Усмирение праны и тонкого тела
Другая форма усмирения — это усмирение энергии (праны), когда тело побеждено, мы должны понять своих пять пран и научиться их усмирять — это более тонкий процесс. Усмирение праны значит мы чувствуем апану, прану, чувствуем каналы, чакры, чувствуем особенно центральный канал и можем наполнять центральный канал силой асан, пранаям, прана-видьи и что особенно важно понемногу созерцание.
Например, когда ваше чистое видение нарастает и созерцательное присутствие нарастает, сушумна-нади наполняется естественно даже без пранаямы, если вы умело можете захватывать ветер.
Чистое видение утончает дыхание, делает дыхание более коротким и более редким. На что это указывает? На то, что праны больше в центральном канале. Больше праны в центральном канале — глубже осознавание, глубже реализация, меньше мирских желаний. По большому счету все мы вышли из центрального канала, и центральный канал с точки зрения энергии — это вход в тонкий мир, в тонкое тело и в освобождение. Усмирение праны — это занятие, которым йогин занимается всю жизнь.
Далее усмирение тонкого тела, эмоций, мысленных образов, васан и самскар. Да, тело усмирили, породили мощную волю, и пока такая мощная воля не будет порождена, вы будете всегда чувствовать себя слабым йогином, волю надо порождать. Сильная воля — это способность терпеть то, что обычный человек не может терпеть, и терпеть легко, не страдая.
Сильная воля — способность превозмогать тело, превозмогать прану силой ума, очень большая сила ума, сила подсознания. Мы даже не подразумеваем, какова большая сила подсознания, именно подсознание рождает тело. Тонкое тело рождает грубое, подсознание рождает энергетическое тело, тонкое тело рождает энергетическое. Воля связана с тем, что мы развиваем силу подсознания. Даже в миру есть разные учения, как приспособить силу подсознания для достижения своих целей, например власти, богатства, магия, вся магия — это управление реальностью с помощью силы подсознания, но само подсознание, как его усмирить?
Когда мы можем отделить себя от образов, эмоциональных состояний, мы постепенно усмиряем тонкое тело. Это значит никогда не впадать в депрессию, никогда не подвергаться эмоциям, никогда не подвергаться настроениям, контролировать главные клеши, эмоциональные клеши: гнев, вожделение, жадность, привязанность, неведение, зависть — все они кроются в подсознании.
Подсознание (самскары тонкого тела), соединяясь с телом энергетическим, создают клеши, а затем клеши оказывают давление на чакры, чакры усиливают кровообращение в индриях и тело совершает определённые действия, тогда клеши становятся папас (грехами). Пока действие не совершено, клеша не переросла в папас (грех), то есть есть клеша, а есть грех — это разные вещи. Клеши — это омрачённое состояние ума, а грех — это уже конкретное кармическое действие, за которое будет воздаяние, ответственность, кармические реакции (карма-пхалы).
Пока действие не совершено — греха нет, клеша есть — греха нет, но когда действие совершено телом, то и клеша есть, и грех есть, а значит и реакции будут, карма-пхалы будут. Значит надо уже выполнять раскаяние, брать праящиту и очищать себя, но пока действия нет, но вы чувствуете клеша есть, вот она прорвется, то греха нет, но клешу надо очищать тоже, потому что неизвестно — сейчас нет, а завтра она вырвется, и вот это воля сдерживает. Но если вы тело привыкли контролировать, то даже если клеша есть, вы силой воли блокируете клешу.
Это такое подавление одной энергии другой, поэтому часто бывают аскеты, переусердствовавшие в подавлении, затем у них что-то взрывается и клеша каким-то нетрадиционным другим образом, но вырывается каким-то образом, потому одна энергия подавляла другую. Усмирение ума, тонкого тела — это не подавление, а более глубокая способность пребывать в осознавании, растворять способность к самоосвобождению. Усмирение тонкого тела означает эмоциональное состояние контролируется. Мысленные образы все полностью контролируются благодаря сначала четырем бесконечным, преображению в чистое состояние, а затем растворению, самоосвобождению.
Усмирение ментального тела
Наконец остается ментальное тело, когда эмоции под контролем, тело под контролем, прана, остается ум, собственные концепции, концептуальное мышление, теории, философии, понятия, суждения, умозаключения, мыслеконструкции, лексика, синтаксис, дискурс — все это ментальное поле огромное, и человек становится сильным ментально. Просто его ум может раздуться, огромная ясность, такие люди очень сильны в своих идеях, и они не черпают уже наслаждения в грубых каких-то вещах, но они черпают большое наслаждение, а приверженности определённым идеям, понятиям, идеологиям.
Концепции должны быть взяты под контроль силой наблюдения, самоосвобождения, растворения. На самом деле нужно весь этот мыльный пузырь проткнуть иглой, чтобы он лопнул, чтобы выйти в чистый простор самоосознавания за пределы ума.
Концепциями можно оперировать, но нельзя быть их рабом, и надо вырваться за оболочку ментального тела. Когда мы научились освобождению концепции, вырвались в простор неконцептуального сознания, мы вздыхаем облегченно, как будто мы рвались из клетки, потому что мы жили умом, на уме и были связаны с умом и зависели от ума, а теперь мы вырвались в простор чистого сознавания, в обнаженное осознавание подобное чистому пространству, в исконную естественную осознанность, где любая концепция не более чем мыльный пузырь.
Это значит мы немного получили контроль над мысленной энергией. Потоки мысленной энергии — это живая сила, она играет большую роль в жизни людей, но когда мы пронзили ментальное тело, вышли за ум, мы получили определенный контроль, и наша врожденная самосуществующая пробужденность стала ближе на шаг.
Контроль причинного тела и самоотдача
Наконец остается причинное тело. Причинное тело — это наша идентичность, и воля на ней построена. Здесь уже волевые методы, методы усилия не работают, мы должны отбросить свою волю. Путь контроля причинного тела — самоотказ во славу Бога, самоотдача во имя своего Прибежища. Принцип «я не свой — я Божий», отказ от своей воли и восприятие божественной воли, замена своей воли божественной или соединение своей воли с божественной и подчинение божественной воле, отказ от эгоистичного представления о себе и своей воли — это контроль над причинным телом.
Панча-коша-вивека и усмирение ума — вот они должны быть пройдены, этот путь должен быть пройден прежде, чем мы доберемся до этой точки мананы, о которой говорится в тексте — это очень серьезный путь. Не раз мы будем к нему возвращаться, но когда он пройден, мы чувствуем, что мы выскочили на простор чистой осознанности за пределами пяти оболочек, что пять оболочек уже не сильно нас впечатляют и беспокоят. Мы отдаем им нужную дань, тем не менее они больше не оказывают на нас серьезного влияния. Отсюда мы проясняем, устраняем все сомнения в отношении естественной осознанности, чтобы затем утвердиться на ней словно на царском троне своего бытия, своего осознавания.
Иллюзорная природа мироздания
Вся видимая вселенная состоит из энергии сознания. Эта энергия сознания представляет собой свет и звук. Ничего нет ни внутри, ни снаружи, кроме как бесконечно проявляющейся в континууме пространства-времени микро- и макрокосмоса великой игры энергии сознания (чит-шакти).
«Знай это: то, что имеет форму — нереально, то, что бесформенно — вечно».
Авадхута Даттатрея, «Авадхута-гита»
Пойми: внешний мир подобен эху в горах, радуге в небе, миражам в пустыне, придуманным рогам у кролика, его не существует в объективном смысле. Как сновидение есть лишь в уме сновидца, так и у него нет независимой от «я» собственной природы.
У ума есть сильная этерналистская тенденция. Этернализм — это тенденция увековечить, объявить что-то отдельным от себя и поверить в него как в самосуществующее. Эта этерналистская тенденция должна преодолеваться санкальпами «иллюзия — сон», аналитическими медитациями на тему иллюзорности мира, йогой сновидений, чтением «Йога-Васиштхи», размышлением из адвайты об иллюзорности мироздания. Такой тип видения, когда мы размышляем на эти темы, называется бадха-дришти в адвайта-веданте. Другой тип называется еще правилапа-дришти, и постепенно мы должны овладеть этими типами видения.
Восприятие иллюзорного характера всех явлений, пустотного характера всех явлений, игрового характера всех явлений, неотделимости всех явлений от природы Ума — вот эти четыре вещи должны сопровождать любое наше восприятие.
Воспитание внутреннего наблюдателя
В процессе мы перемещаемся из делателя-участника событий сансары в наблюдателя, и это не просто небольшой наблюдатель, которого мы воспитываем во время практики — это состояние свидетельствования жизни как мировоззрения, как жизненная позиция, в которой мы очень хорошо укоренились. Когда такое есть — это означает, мы сделали еще один шаг по пути мананы, отсекли многие сомнения.
Например, когда происходят какие-то события, видеорегистратор, видеокамера просто снимает, она бесстрастно наблюдает, но сама не переживает в отношении того, что происходит. Так и здесь внутри нас воспитывается внутренний наблюдатель, который все регистрирует, но не переживает из-за того, что происходит. Это переживающее сознание, которое не выносит ни оценок, ни суждений — это как бы заготовка нашего будущего естественного состояния. Это конечно не естественное состояние еще — это просто свидетельствующее сознание. Тем не менее это важный фундамент для того, чтобы оно далее появилось.
Бывает часто проходит много лет, но даже это свидетельствующее сознание трудно воспитать, потому что все время сбивающая прана. То было с телом что-то не так, некогда было свидетельствовать, надо было заниматься телом, мы занялись телом, довели его до ума, потом с праной что-то, прана начала беспокоить. Мы наконец-то выровняли прану, очистили ее, даже стало много, прана начала приносить удовольствие, блаженство, мы подумали: «А почему мне не увеличить это блаженство, удовольствие, может желания испытать какие-то новые неизведанные праны, ведь много?». Снова прана начала беспокоить уже в другом смысле, она начала соблазнять где-то, она начала искушать неведанными ощущениями.
Мы снова занялись ее контролем, взяли под контроль прану, только мы взяли под контроль прану — начались какие-то эмоции тонкие. Аналитическими медитациями, изучением учения, упасаной мы справились с эмоциями и утвердились в плане ума. Только мы утвердились здесь — мысли-мысли, столько ясности, столько понимания, знания, что некогда наблюдать. Очень много хочется написать трактатов, изучить одновременно десять разных учений, прояснить десять понятий, и узнать сотни новостей новых, и снова эти концепции, некогда пребывать в состоянии свидетельствующего осознавания.
Как только мы вырвались из плена концепций, снова что-то тело, и начался снова этот круг, и вроде бы все понимаем, но никак не удается, недосуг, просто нет времени бывает так. Здесь йогин не должен искать специального времени, должен прямо по факту заниматься свидетельствующим осознаванием прямо сейчас, зная, никогда не будет времени, никогда, что самое лучшее время — это прямо сейчас для наблюдения и для созерцания.
Когда нам удалось занять позицию этого наблюдателя, то мы понимаем: оказывается, все можно делать из наблюдателя, если не отвлекаться, даже лучше. Из состояния отрешения можно севу делать лучше, думать лучше, анализировать ситуацию лучше, можно все делать лучше, даже желания переживать лучше под контролем так, чтобы они не увлекали и вообще от них освобождаться.
Мы оказывается были в большой иллюзии, думая, что свидетель нам помешает как-то действовать, что нам надо сначала что-то одно сделать, а потом заниматься свидетельствованием. Оказывается, из него все делать лучше: суп варить лучше на кухне, в теплице работать лучше, севу делать, потому что эффективность севы повышается, сокращается время принятия решений, когнитивные способности увеличиваются.
Например, есть такой философский принцип «Бритва Оккама», который гласит, что не следует приумножать сущности ума без необходимости, и когда вы находитесь в наблюдателе, вам принцип «Бритва Оккама» понятен — так это же самоосвобождение. В ученом мире считается, что если есть что-то логично обоснованное, то выдумывать чего-то лишнего, лишней гипотезы выдвигать не надо, фантазировать, если явно видна какая-то причинно-следственная связь, она подтверждается, то есть «Бритва Оккама» — не приумножать лишние сущности, философские категории без явной необходимости. Внутри вас появляется собственная «Бритва Оккама», и вы очень ловко обрезаете все лишние поползновения своего ума, за счет этого вы действуете очень эффективно. Зарождение такого внутреннего наблюдателя — это фундамент для утверждения в принципе осознанности.
Переживание недвойственности
«Подобно тому, как во сне человек простым желанием творит многие объекты, а при пробуждении все исчезает и остается одно лишь сознание «я».
«Шива Самхита»
Здесь, когда вы вычленили принцип наблюдателя и принцип осознанности, внезапно вы видите, что сам этот принцип осознанности обладает встроенным медитативным состоянием. Он обладает встроенным переживанием недвойственности, и вам не надо упражняться больше в каких-то специальных аналитических медитациях, вы можете начинать прямо переживать недвойственность внутреннего и внешнего. Вы можете прямо осознавать единство «я» и сознания. Внешний мир и внутренний постепенно начинает смешиваться, и тонкий барьер, разделяющий внутреннее и внешнее, начинает соединяться. Это подобно тому, как в кувшине разбиваются стенки, и внешнее пространство и внутреннее соединяются. Это означает, что вы еще ближе становитесь к естественной осознанности.
Спанда Шивы и кармическое видение
Все объекты лишены самосущего бытия и имеют природу пустоты, а то, что воспринимается нами как мир проявленных феноменов: собственное тело, горы, реки, небо, деревья — лишь магическая игра, которая ежесекундно творится и непрерывно удерживается нашим сознанием, всего лишь бутафория, искусная голограмма, объемный кинофильм, мастерский трюк, виртуальная реальность, отражение, подобно тому, что видится в зеркале, кажущееся, но не имеющее даже капли самобытия.
Внешний мир — это спанда Шивы (вибрация энергии Абсолюта), эманация Абсолюта, но благодаря нашему кармическому видению, нашим внутренним энергиям мы интерпретируем или иные вибрации, расшифровываем их так, что они кажутся нам человеческим миром. Например, если вы видите гору, то на самом деле гора — это вибрация Абсолюта (спанда Шивы), и в разных мирах одна и та же гора будет видеться по-разному:
В мире богов эта гора будет видеться как полная самоцветов, гора Меру
В мире нагов эта гора может видеться как какое-то подземное сооружение, имеющее много уровней, подземных ходов, специальных лабораторий, техногенных сооружений
В мире духов гора может видна как полная каких-то внутренних сокровищ, которые охраняют якши
В мире животных гора видна как жилище, место обитания
В мире ада гора видна как что-то, что раздавливает живых существ, что-то, что наваливается на них тяжестью элемента земли
В каждом из миров гора будет видна в силу интерпретации через карму. То, что мы видим — это спанда Шивы (эманация Шивы), на которую накладываются наши собственные энергии, интерпретация, оценочная интерпретационная деятельность ума. Наблюдатель внутреннего осознавания постепенно пресекает оценочную интерпретационную деятельность. Тогда мы начинаем видеть спанду Шивы, за физическим зрением пробуждается духовное видение.
Эти изображения словно накладываются на изначально свободную, вечно чистую природу нашего «я», как бы закрывая ее, и вследствие этого возникает сущностное неведение.
Пример в адвайте со змеей и веревкой. Однажды в последнюю поездку под Одессой я с Трайлокьядеви прогуливался рядом с «Мауна-ашрамом». Там есть степь такая, дорожка, и мы подошли, на дороге прямо похоже лежала змея, мы решили обойти, посмотреть поближе, оказалась не змея, оказался кабель, как в примере с веревкой и змеей. Почему казалась змея? Потому что в темноте недостаток восприятия был, изъян восприятия, когда одно принимаешь за другое, тогда понятие змеи накладывается на кабель.
Однажды, когда я ехал в Бердянск в 2002 году на семинар, из машины вдоль трассы издалека я увидел, как на обочине стоит какая-то коричневая собачка, я подумал: «Надо будет рассмотреть коричневую собачку». Чем ближе мы подъезжали, тем собачка трансформировалась, и что это было? Это был стул, табуретка со спинкой, и на нем банка с медом, кто-то торговал медом. Рыжая собачка в моем уме превратилась в стул и в банку с медом.
Вот так одни объекты порождают другие образы, им не соответствующие, потому что я воспринял банку с медом и стул, но мой ум выбрал наиболее подходящие ассоциации и наложил на все это. По мере приближения к чему-то наша вивека (различение) возрастает, и мы можем понимать, интерпретировать явления иначе. Таким же образом работает наше наблюдающее осознавание, когда вивека возрастает и мы интерпретируем то, что раньше виделось одним, интерпретируем другим образом. Чистое видение — это способность интерпретировать обычные вещи божественным образом, и наша способность интерпретировать обычные вещи божественным образом возрастает. Когда она углубляется, то говорят, что мы закрепились в чистом видении.
Природа ума и энергии сознания
Мы постоянно ошибаемся относительно истинного положения дел во вселенной. Излюбленный прием нашего «я» — считать себя субъектом, а весь внешний мир — объектами. Вещи лишь кажутся видимыми, проявленными, хотя на самом деле не существуют. Их источник, конечная причина — наше собственное «я», то есть сознание в его истинной таковости, фундаментальная, вечная часть ума, которая глубже концепций и неподвижна в своей основе.
Если вы хорошо медитируете в махашанти, то знаете, что во время медитации махашанти ум спокоен, не генерирует никаких энергий — это так, но когда махашанти заканчивается, вы чувствуете, что внутри вас поднимаются некие энергии, которые начинают вибрировать, желать проецироваться, именно они создают окружающий мир. С момента открытия глаз и включения ума окружающий мир снова привычным образом создается, и именно эти невидимые энергии, которые вы слабо осознаете — вот они и воссоздают этот мир, они включают привычную интерпретацию.
Эти энергии называются в шиваизме кхечари, дикчари, бхучари и так далее, и именно эти энергии должны быть усмирены. Когда эти энергии усмирены, наше сознание воцаряется среди них и становится Чакрешварой — владыкой, Ишварой над этими энергиями. Этим владыкой в нас должен стать внутренний наблюдатель, который рано или поздно должен развернуться в пространство-подобное состояние естественной осознанности, в саморожденную мудрость, в истинного Чакрешвару.
Сараха говорит: «О, глупец, будь уверен: все видимое разнообразие лишь проявление твоего «я».
Махасиддха Сараха
Исследование природы ума и манана
Все вещи вселенной созданы мыслью и умом. Когда мы исследуем, какова природа ума и откуда появляются мысли, мы обнаруживаем, что за всеми мыслями остается «я-мысль» (ахам-вритти). Исследуя «я-мысль», мы обнаруживаем, что она исчезает в момент исследования.
В древних традициях обычно, если новичок приходил к мастеру, если это мальчик особенно в Гималаях где-то учиться неопытный, то мастер давал первое задание отправиться в пещеру медитировать и искать ум, и как найдет, рассказать о нем что-то. Мальчик сидел три дня, усердно медитировал, но ему не удавалось находить ум, затем он расстроенный приходил с большим стыдом, сообщал, что ему не удалось найти ум, считал, что это было поражение, что он как медитатор не состоялся. На что мастер смеялся и говорил: «Значит, так и есть, нормально. Ты не должен был его найти, потому что, если ты пытаешься его найти, то ты его не можешь найти, потому что он не обладает признаками и характеристиками».
Мы должны обнаружить текущую пустую невидимую природу Ума. Тем не менее это природа Ума, из которой все чудесным образом проявляется, и манана означает отсечь сомнения в отношении этой природы Ума, утвердиться в том понимании, когда мы знаем, чем она является и чем она не является. Пока мы не понимаем этого, у нас сомнения всегда: может, она этим является, а может, этим, а может, она неотлична от природы того бога или того Гуру, а может, она имеет какие-то качества, она их не имеет — вот это все сомнения.
Манана означает отсечь все сомнения в отношении природы Ума и в отношении того, как в ней правильно пребывать. Может быть, в ней так пребывать или так, может, она такая или такая. Мы должны отсечь все эти сомнения. Для чего? Для того чтобы, когда сомнения отсечены, мы могли в ней неуклонно, непрестанно пребывать, никогда не забывая.
Пока сомнения не отсечены, концепции, философские теории, учения могут нас сбить с толку, искусить легко. Пока сомнения не отсечены, мистические опыты могут нас легко сбить с толку — может явиться светящаяся фигура духа, божества, голос в пространстве, воспоминание прошлых жизней, мало ли, опыты безграничны. Пока мы не поняли взаимосвязь с опытом и природой Ума, легко можно сбиться с толку, подпасть под влияние каких-то фиксированных идей и разных состояний. Духи, кармические кредиторы, негативные шаблоны ума могут активироваться. Энергии тела могут сбить с толку, разнообразные вещи, мы должны отсечь сомнения.
Также мы должны отсечь сомнения по поводу пребывания в самой природе Ума, по поводу самого принципа созерцания как такового. Разнообразные способы и методы, их очень много. Также они могут сбить с толку в том смысле, что мы можем запутаться в многообразии методов, не понять, в чем суть. Все эти сомнения должны быть прояснены, не должно остаться никаких сомнений.
Таким образом, ум исчезает, возвращаясь к великому Источнику. Это конец двойственной практики и завершение иллюзий, каждое существо, объект в сансаре обнаруживается как происходящий от ума. Небеса с божествами во дворцах и ады с мучениками — все обнаруживается как вышедшие из единой основы — сознания «я». При тщательном исследовании сознания «я» оно не выдерживает проверки на самобытие и тает, обнаруживая свою подлинную величественную природу без конкретных качеств, без фиксированных границ, без центра или краев.
Обнаружение сознания за пределами ума
За умом следует обнаружить сознание не-ума. Вне ума следует обнаружить пустоту, а в пустоте следует обнаружить Бога. Если за умом не обнаруживается не-ум — вы всегда вращаетесь в плане концепций и шаблонов. Если вне ума не обнаруживается пустота — вы поглощаетесь иллюзиями бессознательного тонкого тела. Если в пустоте не обнаруживается Бог — вы имеете тенденцию стать пралаякалой и зависнуть в этой пустоте.
Однажды некий даосский мастер, овладевший левитацией, пришел в монастырь другого мастера, и многие молодые послушники восхитились его качествами. Этот мастер пришел на сатсанг к другому мастеру и слушал его учение. Мастер, который читал лекцию, сказал: «Здесь сидит кто-то, кто ворует мое учение». Тогда даосский мастер сказал: «Благодаря своему даосскому искусству я научился левитации». Но этот мастер не был просветленным, просто кое-что умел, тогда как тот мастер, который давал сатсанг, был просветленным. Он сказал: «Да, ты кое-чему научился, конечно, но твоя медитация не совершена. Просиди ты в ней хоть тысячу лет — все равно ты переродишься в мертвой пустоте». Это бывает, когда мы в пустоте не обнаруживаем Бога — тенденция пралаякалы.
Природа ума и кармическое видение
Ум в его основе пуст, чист, самосияющ, лучезарен, не запятнан грехами, недостижим для концепций, совершенен без какой-либо практики и пронизывает собой все. Поэтому мир в его основе подобен уму. Различия же в мирах (локах) обусловлены не различием в самобытии миров как таковых — то есть девов, асуров, людей, существ ада — а различием в кармическом видении.
Живые существа непрерывно проецируют реальность изнутри вовне, а затем воспринимают ее как внешние объекты, считая себя субъектами. Поэтому боги, глядя на реку, видят нектар, асуры — оружие, люди — воду, рыбы — дом, преты — гной и испражнения, а существа ада — огненную лаву. Все является сотворенным нашим восприятием. Восприятие обусловлено прошлыми кармическими следами (самскарами). Понимая это, мы можем работать со своим умом, очищая самскары и изменяя кармическое видение в лучшую сторону.
Проявление кармических следов в практике
Как могут проявляться кармические следы? Например, вы практикуете йогу божеств, иллюзорное тело, читаете мантру, занимаетесь визуализациями, но если у вас много в прошлом каких-то военных воспоминаний, то, читая мантру и удерживая визуализацию, вы увидите, что у божества начинают проявляться гневные атрибуты, оно пытается воевать или принимать воинствующие позы. Тенденции ваших самскар будут накладываться на божество некоторое время, мешать вашей визуализации.
Либо, если вы практикуете медитацию пустоты, у вас будут всплывать мысленные картины — эпические полотна эпохальных битв, где вы будете в роли какого-либо из воинов. Вы затем будете некоторое время пребывать в забытьи, затем приходить в себя, и вновь такие эпохальные битвы будут всплывать в вашем сознании.
Эти мысленные картины обусловлены самскарами прошлого. Если вы их очистите, то вы снова можете погрузиться в пустотное состояние махашанти, а затем будут появляться другие эпохальные картины — картины богатства, власти, царской роскоши. Это означает, что ваша карма асура очистилась, но карма богов начала проявляться, и вам придется снова эти эпохальные картины останавливать. А если вы не научитесь их останавливать, растворять в пустоте, и будете проявлять любопытство или радоваться наслаждению этими картинами, карма мира богов сансары не пресечется.
Пресечение разнообразных тенденций, внутренних эпохальных картин в медитации, разнообразных привязанных состояний — это высвобождение своего ума во время процесса мананы. Манана — это не только процесс отсечения интеллектуальных сомнений, манана — это также процесс высвобождения своей внутренней осознанности турьи от всех внутренних переживаний пяти тонких оболочек. Все это есть манана и прояснение того, в какую сторону внутри себя принять, какую мысленную стратегию продвигать, а что надо отсечь. Манана должна также выполняться во время переживания разнообразных медитативных, мистических и энергетических опытов.
Пока пустота и лучезарная природа Ума не познана, всегда есть завеса неведения, скрывающая истинное «Я». Вследствие этого мы склонны цепляться за свои кармические следы, считая их незыблемыми и реальными.
Состояния святых и практикующих
Большинство святых пребывают в состоянии нидидхьясаны. Когда вы видите мастера, святого любой традиции, вы должны знать — он в нидидхьясане, все они в нидидхьясане. Нет ни одного, кто пребывал бы в состоянии мананы, тем более шраваны. Это означало бы, что у них есть сомнения в отношении Бога, как пребывать в нем, или сомнения в отношении мироздания. Нет, все они завершили этот путь, но путь нидидхьясаны никогда не завершается, поэтому все святые древа Прибежища пребывают в нидидхьясане, и мы учимся у них, почитая, восхваляя, делая упасану.
Те, кто не пребывает в нидидхьясане, пребывают либо в манане, либо в шраване — они сидят здесь. То есть, если вы в нидидхьясане — вы там, или на земле, но где-то в каком-то другом состоянии, а если вы в манане или шраване, то вы здесь.
Ваше состояние определяется тем, где вы пребываете. Манана — это постоянное прояснение, когда мы получаем разнообразные опыты жизни, мистические опыты, медитации или самадхи, и отсечение сомнений в отношении природы Ума и в отношении Бога.
Святые не имеют сомнений. И сомнения — это не значит, что вы как-то думаете: «Я сомневаюсь». Сомнения означают тонкую неразборчивость, тонкое неразличение. Может быть, вы не сомневаетесь, но у вас есть неразборчивость. Это не значит, что вы как-то страдаете и вас гложет сомнение — нет, бывает просто тонкое непонимание, тонкая неразборчивость. Это тоже сомнение неясности. Манана все это преодолевает.
На стадии мананы вы прямо пребываете в Боге, ежесекундно пребываете в Боге без сомнений. До тех пор, пока этого нет, мы выполняем манану ежемгновенно. Ежемгновенное созерцание, искусность и опытность созерцания — это лучший способ прояснения, лучший способ мананы, отсечения всякой неуверенности и сомнений. Более низкий способ — аналитические медитации, задавание вопросов и ответов, прояснение, размышление.
Преодоление фундаментального заблуждения
Тогда мы попадаем в рабскую зависимость от своих же проекций и становимся одной из этих проекций. Вера в плотность мира не оставляет нам шанса что-либо изменить, и мы оказываемся схваченными своими собственными представлениями. Так мы обнаруживаем себя в состоянии фундаментального заблуждения, удел которого — страдания от неведения, рождение, смерть, новое рождение в этом порочном кругу «дурной бесконечности».
Однако поскольку нет ничего вечного и самосущего, эту «дурную бесконечность» можно устранить и разорвать порочный круг неведения. Преодоление такого неведения — истинная цель практики.
«Не понимая, что истинный источник света — его собственная самость и мысленно воспринимая объекты отдельными от себя, невежественные входят в заблуждение».
Шри Рамана Махарши, «Шри Рамана Гита»
«Разгадай эту великую загадку, о дорогой, открой свои глаза и распутай узел. Кто переживает рождение? Кто познает? Кто ты, мое дитя, кто ты?»
Сиддха-йогини Мадаласа
Итак, манана — это постоянно заниматься вичарой (исследованием) подобно ученому, получать определенные результаты, постоянно осуществлять внутренний эксперимент и постоянно прояснять, что такое моя сущность (Атман), что такое внешний мир и что такое Бог (Ишвара). Что есть Бог, кто есть я, и что есть эта вселенная — постоянное исследование и прояснение. Мы осуществляем такое исследование и прояснение с помощью инструмента своего созерцающего разума — все это относится к манане.
